Тушканчик в бигудях

– Ты видел, где Павел живет?

– Предположим.

– Скажи его адрес.

– Не хочу, потом по судам затаскаете.

– Я частный детектив, никому не разглашу твоего имени.

– Однофигственно, кто вы. Дела иметь ни с кем не желаю, – твердо заявил Юра и пошел прочь.

– Сильно же ты любил Вету, если позволяешь человеку, загнавшему ее в могилу, спокойно разгуливать безнаказанным! – воскликнул я.

Юра обернулся:

– Он-то чем виноват?

– Будь другом, давай поговорим, – взмолился я.

Юра посмотрел на тротуар, потом присел, завязал шнурок на кроссовке и неожиданно согласился:

– Будь по-вашему, у метро кафешка есть.

В небольшом павильончике оказалось пусто.

– Коктейль «Москвич», – велел Юра.

Девушка за стойкой понимающе кивнула и посмотрела на меня.

– А вам?

– Эспрессо.

– У нас растворимый.

«Однофигственно», – чуть было не ответил я, но вовремя поймал себя за язык. Вращаясь в силу необходимости в чуждой среде, не следует с ней ассимилироваться.

– Спасибо, выпью любой, – кивнул я.

Мы сели за столик, мне подали картонный стаканчик с бурой жидкостью самого неприятного вида, Юре принесли кружку с пивом.

Пока Юра прихлебывал пиво, я вкратце обрисовал ему ситуацию и закончил речь страстной просьбой:

– Ты единственный, кто может дать мне его адрес! Сделай божескую милость, назови улицу.

– Не могу, – ответил Юра и закричал: – Эй, повтори!

Последняя фраза относилась к барменше, которая мигом притащила вторую порцию.

Я опять стал уговаривать парня:

– Почему? Хочешь, заплачу за информацию?

– Я ее не знаю!

– Ты же только что сказал, что следил за Ветой.

– Ага.

– А теперь говоришь, что не знаешь улицу?

– Угу.

– Издеваешься?

– Не-а! Могу просто показать, а ее название мне неизвестно, – икнул Юра.

– Поехали. Куда рулить?

– М-м-метро «Автозаводская», – прозаикался Юра и зевнул. – Заплати.

Я пошел к стойке и, увидев сумму, удивился:

– Какое у вас пиво дорогое!

– Это коктейль «Москвич», – поправила барменша.

– Из чего он состоит?

– Сто граммов водки и «Жигулевское».

Теперь понятно, почему Юра стал заикаться и по какой причине его потянуло в сон. На улице стоит жара, и банальный ерш, хоть он и называется тут красивым словом «коктейль», свалит с ног любого.

Когда я вернулся к столику, Юра спал, уронив голову на грудь.

– Уноси его отсюда, – велела барменша, – вечно тут нажирается. Надоел прямо.