Тушканчик в бигудях

– Отчего она скончалась?

– Аборт решила сделать, ей отказали в больнице, срок уже большой был, – мрачно сказала Римма, – пришла ко мне, плакать стала, ну я ее к Насте и отправила. Настя многим помогает в такой ситуации, уколы какие-то делает, ну и выкидыш получается. Но у Ветки оказалась аллергия на препарат. Кто ж знал? Там вся клиника на уши встала, однако ее не спасли.

– Клиника? Вы же только что сказали, будто ее выгнали, не стали аборт делать.

– Это официально, – кивнула Римма, – только со мной в медучилище, в одной группе Настя Лаптева училась.

– Настя до сих пор работает?

– Нет, – помотала головой Римма, – Настьку уволили. Я с ней не дружу, так только, здороваюсь.

– И не осудили? – недоумевал я.

Римма хмыкнула:

– Вроде нет.

– Скажите, Римма, а что вам Вета рассказывала о Павле? – поинтересовался я.

– Ну… говорила, что скоро выйдет замуж. Хвасталась очень, богатый мужик попался, кучу всего имеет: и машину, и квартиру, и дачу. Ветка-то нищая была, у нее мать вечно пьяная, отца нет, голодная ходила, оборванная…

– Зачем ты врешь, – раздался чей-то голос.

Я вышел из машины и обнаружил около багажника невысокого кряжистого парнишку в сильно потертых джинсах.

– Че вру? – вскинулась Римма.

– Все брешешь, – ринулся в атаку парень, – Ветка вовсе не такая была.

– Дурак ты, Юрка, – с жалостью проговорила Римма, – за нос тебя водили, фигу показывали…

– Вета никогда не ходила голодная, она в кафе работала, – гнул свою линию юноша, – их там кормили.

– Так не в смысле еды, – уточнила Римма, – а так, по жизни, скажешь, у нее мать не квасила?

– Вета тут ни при чем, – напрягся Юра, – дочь за родителей не ответчица.

– Ты по ней просто сох, – подвела черту Римма, – вечно следом таскался, сумочку носил.

Юра сжал кулаки и кинулся на Римму. Противная девица, только что специально доводившая парня до взрыва, взвизгнула и ринулась было прочь, но юноша оказался проворнее ее.