Туманный вирус

Их взгляды встретились.

— Что собираешься предпринять, лейтенант? — спросил Мухамбеков, неожиданно переходя на «ты».

— Для начала встречусь с Ертаевым, — ответил Белов. — Хочу понять, почему он так долго добирался до отеля и почему не доложил начальству, что меня арестовали.

— А ты до сих пор не понял, лейтенант? И куда твои телефоны драгоценные подевались, тоже не понял? К слову… — Мухамбеков выдвинул верхний ящик стола и поманил Белова пальцем. — Иди-ка сюда.

Заглянув в ящик, Белов увидел множество айфонов разных марок и расцветок.

— У меня недавно юбилей был, — пояснил Мухамбеков. — Просто завалили своими гаджетами яблочными. Выбирай любой. А мои умельцы тебе любую чип-карту подгонят. Номер-то свой помнишь?

— Ага, — сказал Белов, думая о капитане Ертаеве."

"Если «кротом» был он, то напрасно Белов грешил на Багилу. Ему вдруг стало жаль казашку. Любить она умела. И товарищ была хороший.

— Я вот этот возьму, — решил Белов, указав на черную модель. — Под настроение.

— Пожалуйста, — сказал Мухамбеков.

Белов молча пожал плечами. Мухамбеков невесело усмехнулся и махнул рукой.

— Надеюсь, еще увидимся, — проворчал он, когда Белов взялся за дверную ручку. — Понадобятся надежные люди, обращайся, выделю.

В знак благодарности Белов наклонил голову и вышел. Предчувствие подсказывало ему, что без содействия Мухамбекова ему не обойтись.

XI

— Не понял, — сказал Ертаев, — ты это серьезно?

Белов кивнул.

— Вполне, — сказал он.

— А что там скажут? — Ертаев показал глазами на небо.

Было два часа дня, на операцию по обезвреживанию террористов оставалось немногим более двух суток. Они стояли возле автомобиля, который попросил подогнать к отелю Белов. Служба Охраны Президента расщедрилась на «БМВ»-трехлетку. Цвета она была траурного, как и «эппловский» айфон. А в придачу Белов нацепил на нос черные очки.

Похоже, Ертаев гармонии не ощущал. Даже совсем наоборот.

— Но ты не можешь просто так взять и улететь, — заволновался он.

Слишком сильно заволновался . Как человек, скрывающий радость. Впрочем, Белов мог ошибаться. Чем больше он узнавал людей, тем меньше их понимал.

— Почему не могу. — Он пожал плечами. — Вот возьму и улечу.