Цена его любви

Обводит нас бешеным взглядом, стоящим перед ним. Меня, Морока и Тигра.

Кто бы сомневался, что будет в ярости.

Ему тоже где-то там, на туманном Альбионе тихая жизнь рябью померещилась. Спокойный бизнес. Без этого всего нашего дерьма.

Но только померещилась, мы все знаем, что так надолго не бывает. Билетов в жизнь не вытягивают, в тихий мир из нашего путевок нет.

С каменными лицами, стараясь не усмехаться, выслушиваем все его тирады.

Можно сколько угодно пытаться себя обмануть, но сущность никуда не спрячешь.

И пусть Дан Лютый сто раз уехал, пусть завел свой легальный бизнес и ни во что в последнее время не вмешивался, а натура никуда не делась. Мы все всегда знали, — для того, чтобы держать город он по натуре своей подходит больше всех. Даже лучше, чем Грач.

Только же его не выманить, ни выковырять оттуда было невозможно. Пока выбора не осталось. Совсем.

— Как, вашу мать?! — ревет так, что, блядь, поражаюсь, как двери из петель не выносит. — Как до такого дошло?! Какого хера я все это дерьмо теперь разгребать должен?"

"— Смирись, — усмехаюсь, бросая ему на стол тяжелые папки.

— Выбрали, — усаживается за стол, глотая свой коньяк. — Выбрали, блядь, на свою голову. Пока молодыми и дурными были.

Сжимает и разжимает кулаки. Костяшки сбиты. Вижу, побуянить неслабо успел еще до моего приезда.

Всегда бешеным был. Но это никогда ему не вредило. Наоборот. Одного имени Лютого все в округе боялись. Близко не подходили. Хватка у него тоже бешеная.

— Бумаги! — взрывается. — На хрен мне ваши бумаги! Свалить всех в одну кучу и колени простреливать. Яйца отбивать, пока не скажут. Детектив устроили, мать вашу!

— Дан.

Усаживаюсь первым, пока Морок с Тигром благоразумно молчат позади. — Я бы, поверь, давно так бы и сделал. Но мне сестру живой еще увидеть надо.

— Крысу под носом пропустить, — это как? — не может успокоиться, глаза все больше кровью заливаются.

— Бумажки в наше время много значат, — пожимаю плечами. — Сейчас за них убивают, Дан. И по ним прослеживают.

— Знаю, — бормочет, зажимая руками переносицу.

Понятно, он будто на годы назад вернулся.

Не понимает, в каком времени вообще оказался.

— Ладно. Будем играть в ваши этикеты и этикетки. Влад. Пока отстраняю тебя. Официально на себя власть беру, в одни руки. Для виду. На тебе реально подозрение за нож, уж извини.