Леди для короля. Оборотная сторона короны (СИ)

Я еле удержала себя в постели. Предположим, Иден пустил бы меня к себе в лабораторию, но что-то мне подсказывало, что сейчас он видел десятый сон и в лучшем случае просто не открыл мне дверь, а в худшем, я могла отхватить от него безобидную, но неприятную пакость вроде прыщей. И это в начале сезона. Хватит с меня и веснушек, которыми мама попрекала меня второй день к ряду. Так что Иден отпадал.

Алисия же во дворце пользовалась магическими угодьями Тофинбейла на правах личной ученицы. Беспокоить королевского мага ради такой мелочи не стоило уже хотя бы ради сохранения шкуры.

Сварливый архимаг только производил впечатление рассеянного и добродушного, на самом же деле в запале мог сильно приложить каким-нибудь заклятием. Собственно, это была ещё одна причина, по которой вспыльчивый Тофинбейл предпочитал избегать раздражителей в лице придворных."

"Впрочем, похоже, что действие укрепляющего зелья заканчивалось, и я уже ощущала слабость, глаза слипались, а одеяло стало казаться тяжёлым.

Я покосилась на кувшины, присланные Иденом, и все же решила проявить благоразумие.

Дневник никуда не денется. В конце концов, в Аддингтон-холле не могло не быть хотя бы одной плохонькой лаборатории, а мне нужно выспаться перед завтрашней, нет, уже сегодняшней поездкой. Может даже, я так хорошо отдохну, что мне не потребуется пить эту гадость.

Однако утром я поняла, что моим надеждам не суждено было сбыться. Пока не приняла отвар, до которого даже дотянуться без помощи Клары не смогла, я чувствовала себя ещё более разбитой, чем вчера.

Это раздражало. В моём цветущем возрасте подобная беспомощность была чем-то из ряда вон выходящим.

Даже в пансионе, когда я умудрилась серьёзно простыть, так что слегла в постель, подобного не было. Впрочем, тогда меня быстро поставили на ноги чем-то, сильно напоминающим вкус зелья Идена. А сейчас я даже не знала, во имя чего страдаю.

Нет, разумеется, ради дара я готова была потерпеть, только было совсем непонятно, стоил ли он таких мучений. Ещё неизвестно, какие последствия будут у последующих ритуалов.

К тому же я вовсе не уверена, что в следующий раз Эдуард мне поможет.

Цепочка размышлений, приведшая меня к мыслям о его величестве, заставила меня помрачнеть ещё больше.

Я гнала от себя думы о нем и была рада, что суета сборов отвлекает меня от них, потому что вспоминать об Эдуарде было больно.

Возможно, на моём настрое сказывались истощение и погода, которая соответствовала упадку духа на все сто.