Леди для короля. Оборотная сторона короны (СИ)

Это ужасно аморально, но никакого отторжения по поводу происходящего я не испытывала.

Интересно, что бы на это сказали наставницы пансиона?

Но из чувства противоречия я все-таки уточнила:

– А если я против?

– А ты против? – удивился Эдуард. – Тогда, Амелия, скажи мне: «Нет».

И ухватился за шнуровку на корсете. А я только закусила губу.

Силы небесные, я думала, такое только в любовных романах про дурочек бывает. Он собирается ее соблазнить, а героиня, даже понимая, к чему все идет, покорно соглашается на компрометирующие отношения.

А теперь меня саму снедали сомнения.

А что если я горько пожалею, если откажусь?

Эдуард же тем временем, обнаружив, что шнуровка закреплена сзади, просто достал из-под соседней подушки кинжал и варварски разрезал ее спереди, отчего аквамариновая ткань тут же поползла с плеч.

Надо же, с чем в обнимку спят короли. С другой стороны, плюшевый мишка удивил бы меня намного больше.

Стоп. Минуточку!

– Мое платье! – охнула я.

– Я куплю тебе другое, – отмахнулся Эдуард, пожирая глазами открывшуюся взгляду ложбинку.

Я попыталась приподняться на локтях, но платье оголило меня еще больше, и я опять упала на кровать.

– Какое? – спросила я, глядя на то, как его величество стягивает батистовую рубашку, обнажая отнюдь неизнеженную мускулатуру. Широкие плечи с остатками загара, несколько бледных шрамов, плоский живот…

Намного более притягательное сложение, чем у статуи в моей спальне.

– Оно свело меня с ума.

И не став дожидаться моего «нет», прижался горячими сухими губами ниже ключицы, окончательно ввергнув меня в трепет. Прокладываю дорожку, Эдуард покрывал поцелуями шею, щеку, подбородок, и к моменту, когда его рот накрыл мой, мое дыхание окончательно перехватило.

Глубокий и властный поцелуй полностью меня подчинил. Невозможно было ему противостоять. Он рассказывал мне историю так долго сдерживаемой жажды. И я с наслаждением ей внимала.

Эдуард пил меня, и я зажигалась все сильнее.

И только почувствовав, что смелая рука уже под одеждой, я решила предупредить его величество:

– Я все равно не пойду замуж!

– Тогда уже я буду жаловаться королеве, – невозмутимо ответил он. – Думаю, я воспользуюсь своими связями. И если надо, дам ей взятку.

– Но как же мирный договор? – не спешила я униматься, чувствуя, что совсем скоро мыслить связно я перестану.

– Подпишем, – пробормотал Эдуард, которого сейчас занимала анатомия, а не политика.