Леди для короля. Оборотная сторона короны (СИ)

Издержки профессии, – невинно ответила я. – Но вы попались, лорд. Вы собирались залезть своими дознавательскими сапогами мне в голову и прочитать мои мысли. И теперь вы мне должны.

– И много я должен? – развеселился лорд Фаджио.

– Ответы на несколько вопросов.

– Помилуйте, – расхохотался он, – проступок был всего один, а ответов вы жаждете больше. Несправедливо.

– Вы торгуетесь? – изумилась я. – Ай-яй-яй. А как же пойти навстречу хрупкой леди?

– Отстаиваю свои границы. И что же вас интересует, хрупкая, но опасная леди?

Разбившая нашу пару фигура танца позволила мне собраться с мыслями, и, когда мы с лордом Фаджио снова воссоединились рука об руку, я задала свой вопрос:

– Как звали первую жену Игана Лютого?

Все веселье главного императорского дознавателя как рукой сняло.

– Я отвечу вам, только потому что на вас это ожерелье, леди Амелия. У Игана Лютого, коронованного Иннокентием Первым, была всего одна жена – принцесса Лидванская.

От нетерпения я забылась и потребовала:

– Имя, лорд!

– Каэлла Мудрая.

Глава 72

Каэлла… Что крутилось в голове, вот-вот я пойму что-то важное.

– А сестер было две? – ухватила я за хвост мелькнувшую мысль.

– Когда? – пытливый взгляд Николаса говорил о том, что я на верном пути.

Но в момент, когда я собралась конкретизировать свой вопрос, нашу пару разбил Гарольд.

– Лорд Фаджио, вас ждут, – пояснил он свое вмешательство.

Я чуть зубами не заскрипела от досады.

"Судя по смешинках в глазах, дознаватель отлично понимал, какие чувства меня разбирают.

– До встречи, леди Амелия, – сверкнул он улыбкой и поцеловал воздух над моей рукой на прощанье.

Глядя ему вслед, я возмутилась:

– Гарольд, ты не мог все испортить парой минут позднее? – я сердито стискивала резную ручку веера, висевшего у меня на запястье.

Впрочем, лже-графа, как обычно, было не пронять.

– Сейчас объявят мазурку. Думаю, у тебя тоже найдутся неотложные дела, – подсказал мне Гарольд.

Ах да.

Мазурка, за которой последует разглашение новости о том, что Мирный договор будет продлен, и начнется вся остальная заваруха.

Если бы я участвовала в этой ловушке, я бы почувствовала волнение, прилив азарта, но, увы, холодок непонятных предчувствий – это все, что мне оставалось, но с таким уделом я была не согласна.

И внезапно мир перед глазами покачнулся и обрел излишнюю резкость и яркость.