Только она

Ничего не говорит твоя зазноба, смогли только успокоить ее и то, благодаря успокоительным каплям. Поэтому я тебе сейчас скину адрес, езжай и забирай сестренку.

— Спасибо… брат, спасибо. — Я, как заново родился, Ей Богу.

— Обращайся. Отзвонись потом и расскажи, в чем дело было.

— Завтра. Встретимся, я попробую подъехать в клуб.

— Ок. Скидываю адрес.

— Через минут пятнадцать я стоял под дверью Василисиной квартиры. Если честно, я боялся. Боялся, что девушка рассказала крохе об моей измене. Я даже не представлял, что будет с нами в этом случае.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Коротко постучав, услышал шаги за дверью и щелчок замка.

— Привет. Проходи. — Коротко взглянув на меня, сказала девушка, посторонившись в коридоре.

— Где она? И что ты ей давала, чтоб успокоить? — спросил без задней мысли, просто помнил, что она принимает какие-то антидепрессанты. Ну, или принимала, не знаю. Надеюсь, все же что нет, таблетки ей принимать не стоит в любом случае.

— Хочешь в чем-то обвинить меня? — с каким-то я бы сказал наездом, спросила она, складывая руки на груди.

— Прости? — не понял я, угадывая за какой из дверей в этой квартире моя мелкая.

— Думаешь, я ей что-то рассказала и потом успокоительными напичкала? — прямо спросила девушка друга.

— Нет, не думаю, — немного соврал тут. — Просто у Ады бывают панические атаки, и она принимает таблетки или принимала. Сейчас, в общем-то, все хорошо, но я на всякий случай спрашиваю.

— Понятно. — Василиса замялась и отвернулась к окну. — Прости, я не права была.

— Нет, я понимаю. Ты не обязана извинятся и спасибо… спасибо за то, что помогла, к себе ее забрала и успокоила. Не знаю, сказала она или нет…

— Я не спрашивала, не в моем характере. Она и слова толком вымолвить не могла. — перебив меня, пояснила девушка.

— Сегодня свадьба наших родителей. И ее мама больна, Ада узнала сегодня об этом.

— Больна? Что-то серьезное? — не поворачиваясь ко мне лицом, тихо спросила Вася.

— Да. Рак легких. Четвертая стадия.

— Господи, — тихий шепот и я ели успел подхватить ее под руки.

— Вась, что такое? — она побледнела, и я испугался. Ничего больше в голову не пришло, как позвонить Тохе.

— Все хорошо. Устала просто.

— Так не устают. — отмел я ее оправдание.

— Поработай на ногах двенадцать часов, тоже устанешь. — зло буркнула та и запустила руки в волосы.