Только она

— Я помогу, — настаивал я.

— Сядь ты уже. Что ты поможешь? Белье нижнее собрать? — психанула Ада, грозно пыхтя.

— А что? Я могу!

На меня замахнулись полотенцем, и я, рассмеявшись, все-таки замолк. Однако, моя помощь понадобилась и я собрал ее «мыльно-рыльные» из ванны.

— Так, сначала к дяде Валере в клинику, пускай осмотрят тебя. А потом домой.

— У вас еще работают Галина с Егором? — спросила Ада.

Оставив девушку одеваться в коридоре зашел в кухню и, подойдя к прижимавшему кухонное полотенце к носу папаше, сказал.

— Еще раз увижу рядом с Адой, шею сломаю, гнида. И советую съехать с дома.

Как же мне хотелось ударить его еще раз, но стоявшая в коридоре Ада, мне просто не позволила бы.

Я чувствовал свою вину из-за случившегося. Потому что именно я позвонил сегодня Виктору, после того, как узнал от Ады правду.

Все шесть лет отец просто кормил его и его жену. Отправляя деньги на содержание Ады, они оседали в карманах этих сволочей, а девчонка работала, еще и из зарплаты отстегивала родителю.

— Да, все кто и прежде работал. Только у Галины появилась помощница, но она приходит только по будням. На пол дня. — обнимая за талию вывел из квартиры.

— Хорошо. Я по ним соскучилась. А та комната, в которой я… — девчонка замялась и, сцепив пальцы, опустила голову.

— Ада, твоя комната тебя ждала, ждет и будет ждать. И там ничего не изменилось, я никому не позволяю туда заходить, даже просто для уборки.

— Это сколько же там пыли скопилось? — охнула девушка, поморщившись. Треснутая губа вновь начала сочиться кровью.

— Там в бардачке салфетки есть, приложи. И нет там пыли, я сам раз в неделю убираюсь.

— Понятно, — странно на меня посмотрев, протянула девушка.

К клинике мы подъехали быстро, я провел ее к кабинету для осмотра, нам повезло дядя Валера был здесь и сам вышел нас поприветствовать.

— Ада, девочка. Как рад тебя видеть. Как ты? Господи, что у тебя с лицом? — спросил отец Тохи, подойдя ближе.

— Дядь Валер, посмотрите ее, и меня интересует не сломан ли нос.

— Пойдем, пойдем, — потащил он Адель в палату, мне лишь бросив, — жди здесь, позову.