Тюрьма мертвых

Я также оценил чистоту и порядок вокруг; кажется, здесь даже протиралась пыль, но что здесь делать сварщику?

Воздух был насквозь пропитан электроэнергией, невидимой и не имеющей запаха. Она отдавала легкой тревожностью, зарождающейся где-то на спине и пробегающей мурашками до кончиков пальцев рук и ног. Идти через гудящие ряды не было никакого желания, но охранник кивнул, намекая на то, что идти все же придется.

Сглотнув подступившую от волнения слюну, я пошел.

«Надеюсь, эта хрень не способствует росту раковых клеток».

Помещение было огромным. Создавалось впечатление, что это целая электроподстанция, созданная для обеспечения электричеством небольшого городка, но потом я вспомнил размеры тюрьмы, и все встало на свои места.

Оставив позади шкафы, мы добрались до металлической лестницы, уходящей на второй этаж. Поднявшись наверх, мы пошли по коридору и наконец оказались перед дверью.

Охранник достал связку ключей и, подобрав нужный, открыл ее, впустив свет внутрь темного помещения.

Мы находились на каком-то складе. Здесь на стеллажах хранились подписанные деревянные ящики, незнакомые мне детали и прочий хлам, бог знает с каких времен. Мы отправились в самую глубь этого склада и наконец остановились возле шкафчиков для одежды.

Я с недоумением посмотрел на каменное лицо сопровождающего.

– Варите, – скомандовал он.

– Чего варить? – я смотрел на него, как на дурака, но его это не задевало.

Он показал носом на дверцу шкафчика, где отсутствовала ручка.

– Ты что, серьезно? – Меня охватила дикая злость, такая, что я готов был убить его в прямом смысле этого слова.

Это ублюдок притащил меня в такую даль, чтобы я приварил какую-то ручку к шкафчику.

Тот заметил мой настрой и, чувствуя, что я могу вот-вот сорваться, потянулся рукой к поясу. Собрав в кулак все самообладание, я сдержался и начал искать глазами розетку, но ярость продолжала сжигать меня изнутри.

Вся работа заняла у меня секунд тридцать; все это время охранник стоял над душой и не сводил с меня взгляда.

Времени на дорогу ушло много; когда мы вернулись обратно, пора было ужинать. Вадика уже не было на площадке. Я прошел мимо камер, где лежали заготовки, и понял, что мой напарник сегодня старался усердно, даже слишком. Он выполнил всю работу, возложенную на него, и даже разложил все по местам.