Тюрьма мертвых

Как же тошно я себя чувствовал в эти часы; в голове зародились мысли вроде: «Скорее бы, что ли, на работу».

Но вот наконец виски расслабил меня, и гудевший до сих пор мозг пообмяк, я почувствовал, как меня клонит в сон. Часы на стене показывали семь вечера, и я, заметно поднабравшись, решил все-таки попробовать завести разговор с Алиной, но она не стала меня слушать, хоть и вела себя уже менее дергано.

– Олег, ты уже пьян, и я с тобой сейчас ничего обсуждать не буду.

– Ну ты разве не довольна, что я ра-работаю?

– Довольна.

– По-слу-шай, ну хо-чешь, я уволюсь? – Старина Jack давал о себе знать, слова потихоньку сливались в тягучую бессвязную кашу.

– Нет. – Она отвечала, даже не поворачивая головы в мою сторону, от чего алкогольный огонь во мне только разгорался.

– Почему? Я же знаю, что хочешь! Я прям щас позвоню и уволюсь! – Я достал телефон и начал искать номер, но, пролистав список за последний месяц, вспомнил, что звонить мне некуда.

– Послушай, Олег, иди спать, я не хочу, чтобы ты увольнялся, я просто переживаю за тебя.

– Не надо за меня переживать, переживай лучше за себя.

– Как скажешь. – После этих слов она ушла в ванну, откуда послышался шум воды.

Я отправился в спальню и рухнул на заправленную кровать, моментально отключившись.

* * *– Дз-з-з-ы-ы-ы-ы-ы-нь, дз-з-з-ы-ы-ы-ы-ы-нь!

В голове звонили тысячи колоколов, им аккомпанировали сотни маленьких барабанщиков, хаотично выбивающих несогласованный друг с другом ритм.

«Черт, разве я ставил будильник?»

Вчерашний день мелькал в голове оборванными кадрами, которые никак не хотели собраться в одну общую картину, но спустя пятнадцать минут я наконец смог воссоздать все в памяти, даже наш дурацкий разговор с Алиной. Но момент, в котором я выставляю время на будильнике телефона, был безвозвратно утерян.

«Какая в принципе разница? Главное, что я проснулся и у меня полно времени на то, чтобы привести себя в порядок и собраться».

Еда не лезла, поэтому сваренный крепкий кофе и пара таблеток аспирина заменили мне завтрак. У Алины сегодня был выходной, я не стал будить ее, она и так нервничала за последнее время. Написав записку с извинениями и аккуратно поцеловав ее в лоб, я вышел из квартиры.