Я не Монте-Кристо

Ледяные струи били нещадно, без следа смывая всю негу, Саломия, зажмурившись, подставлялась под душ, пока не начала дрожать. А потом захотелось пить."

"Вспомнила, что в коридоре в холодильнике есть вода, но уже доставая запотевшую бутылку, услышала сзади шаги.

— Ты почему не спишь? — Никита сначала остановился за несколько шагов, будто она прокаженная, но затем все же подошел ближе. И тогда Саломия заметила, что у него влажные волосы. Тоже из душа? Наверное, только что пришел от Марины. После того, как вернулись родители, ее муж каждую ночь ночевал дома, или это началось раньше, еще до их приезда? Саломия уже запуталась.

— Пить хочу, — она захлопнула холодильник и начала стратегическое отступление в сторону своей комнаты.

— Постой, не уходи, — протянул руку, но тут же убрал, — дай хоть посмотреть на тебя. Как ты?

Что-то незнакомое засквозило в его голосе, если бы это был Севка, а тем более Артурчик, Саломия бы утверждала, что или грусть, или тоска, но с Никитой Елагиным ей бы такое и в голову не пришло.

— Все хорошо, Никита, у меня все хорошо, — проговорила очень быстро, чтобы ни у кого не возникло сомнений, даже у нее самой. Тем более, у нее самой.

— У тебя волосы мокрые, — он все же коснулся влажной пряди.

— В душ ходила, кошмар приснился, — ответила Саломия, отступив еще на шаг. Никита невесело усмехнулся.

— Надо же, мне тоже снятся кошмары. Надеюсь, мои все же кошмарнее твоих.

Саломия невразумительно пробормотала в ответ соболезнования и сбежала. А потом долго не могла прийти в себя и осознавала, что Никита выбрал самую правильную тактику, чем меньше они видятся друг с другом, тем им только на пользу.

Бабушке стало лучше, при содействии Елагиных ее перевели в отдельную палату, и теперь Саломия просиживала у нее по полдня. Александр пообещал после окончания лечения отправить бабушку в санаторий, и Саломия обдумывала, как бы ей тоже напроситься следом в качестве сопровождающей.

Однажды она сидела над курсовой, как в дверь комнаты постучали.

— Саломия, солнышко, тебя Влада спрашивает, — Ирина заглянула и протянула Саломии телефон.

— Зирочка моя, выручай! Только на тебя вся надежда! — затараторила трубка, и Саломия невольно улыбнулась. Владислава своей напористостью была похожа на ураган. — У меня аукцион накрывается, спаси!

— Что я должна делать?

— Ровным счетом ничего.