Я не Монте-Кристо

Сказать, чтобы распустила, что ли? А впрочем, какая ему разница? Никита мысленно махнул рукой и отправился на кухню вслед за скачущим и пританцовывающим от радости Даниэлем.

Она совсем лишилась рассудка, раз осталась дома, да еще и Елагину позволила к ним присоединиться. Но Саломия даже не пыталась обманывать себя — ей самой очень этого хотелось. Конечно, заглядывающий в глаза сын играл не последнюю роль в принятии решения, и с этим Саломия тоже ничего не могла поделать.

Отец и сын, они словно чувствовали свою родственную связь, причем оба.

«Ты ведешь себя неосмотрительно, Сальма, — твердил Вадим, — он явно что-то задумал. Ты не думала, что он подбирается к тебе через ребенка?». Но Саломия чувствовала, что это не так. Никита даже не смотрел в ее сторону, так, мельком мог скользнуть взглядом, зато при виде сына в нем будто вспыхивали живые огоньки, его взгляд теплел, и он переставал казаться замороженной льдиной.

Напротив, рядом с Данькой Никита скорее напоминал ей большого дикого зверя, играющего со своим детенышем — бережно, терпеливо и заботливо. Вот и сегодня Саломия понимала, что выглядит странно, прячась за дверью, но не могла заставить себя уйти, наблюдая за этим увлекающим зрелищем. Ей даже чудилось, будто Елагин обнюхивает Даньку, как настоящий хищник, вдыхает его запах и жмурится от удовольствия, мотая головой.

Она знала, что муж обманывал ее, когда говорил, что хочет четверых детей, он уже тогда искал способ избавиться от них обоих, но глядя, как Никита поднимает хохочущего Даньку под потолок, а тот цепляет игрушки на елку, ее уверенность таяла на глазах. И это ей совсем не нравилось. А теперь им предстоит вместе провести вечер, встретить Новый год, и как она все это переживет, Саломия представляла себе очень смутно.

Она спряталась на кухне и постаралась успокоиться, перебирая запасы в холодильнике и прикидывая, что можно приготовить к праздничному ужину. Готовую еду уничтожили проголодавшиеся украшатели елки, а на завтра Саломия собиралась заказать что-то в ресторане, поскольку всех своих домашних помощников, включая охранника, отпустила домой, к семьям.