Я не Монте-Кристо

«Прости, я не хотел»? Так это бессовестная ложь. Хотел, еще как хотел, чуть молния на джинсах не лопнула, так хотел. Перед глазами встало прокушенное запястье, вцепившиеся в простынь пальцы, и Никиту передернуло. Торопливо отхлебнул из бокала и снова влез в сеть.

На глаза попалась медицинская статья, автор — заслуженный профессор, его солидный вид внушал доверие, и Никита решил полистать статью, а вдруг попадется что-нибудь толковое, но сразу завис над одним из советов.

«Подложите под бедра вашей девушки подушки»,  — прочел и тут же представил, как обстоятельно и деловито подкладывает под Саломию подушки, поправляет, спрашивает, удобно ли.

«В некоторых случаях показано удаление девственной плевы хирургическим путем под местным или общим наркозом». Здесь Никита едва не выматерился, он тоже решил идти хирургическим путем.

А вот когда прочел, что у небольшого процента девушек кровотечение может не прекращаться и им показана медицинская помощь, не выдержал, вскочил и чуть ли не бегом двинулся к бунгало. Свет не горел, и внутри у Никиты все оборвалось. А вдруг она как раз и входит в тот небольшой процент? Ломился обоими кулаками и даже пару раз бахнул ногой, пока дверь не открылась.

— Никита? Что случилось?

«Что случилось! У нее, оказывается, ничего не случилось, это у него, мать его, случилось все, что могло! Это у него первый раз случился с бешеным маньяком!».

Никита не стал спрашивать разрешения и ввалился в дом, Саломия молча посторонилась, она почему-то держала руку у шеи. Он что, ей чуть шею не свернул? Остановился у порога и прислонился спиной к стене.

— Ты как?

Саломия пожала плечами и прикусила губу. Куда, она и так у нее вся распухшая… Никита вспомнил, какая сладкая она на вкус, когда он закусывал ее губы, когда она отвечала ему, и его качнуло, он даже за косяк ухватился.

Саломия избегала смотреть в глаза, а Никита напротив, не мог на нее наглядеться. Она отняла руку от шеи, и Елагин с тайным удовольствием заметил багровые отметины, следы захватившей его сумасшедшей страсти, и желание все повторить снова захлестнуло, накатило волной, пришлось приложить усилие, чтобы утихомирить разбушевавшееся воображение.