Тёмные московские ночи

Этих кадров он научился определять мгновенно, по каким-то неуловимым приметам, объяснить которые, толком и не сумел бы, но если бы попытался, то пожалуй, это выглядело бы так – «что-то странное во взгляде, осунувшееся лицо землистого цвета, хотя с виду человек совершенно здоров, туберкулёзный кашель, золотые или стальные фиксы, нагловатая манера держаться, нервозность при появлении сотрудников милиции». Ивану понадобилась бы пара минут разговора, чтобы раскусить зэка, отсидевшего срок, даже если тот вышел из тюрьмы много лет назад.

А всё потому, что привычки, вросшие в характер, изменить почти невозможно. Профессиональные уголовники даже на воле могли курить в кулак, отдыхать сидя на корточках, спросить разрешение сходить в туалет или покушать, часами молчать подтягивая чифирь, то есть очень крепко заваренный чай.

Маршрут, по которому вяло тащился старый автобус, пролегал по садовому кольцу. Волик должен был выйти к каретному ряду, и под присмотром сыщиков, прошагать полтора квартала до управления московского уголовного розыска.

Перед дверями ему надлежало остановиться, вынуть из кармана повестку, сверить по ней наименование учреждения и войти внутрь.

Продумывая эту операцию, Старцев был убежден в том, что во время путешествия Алексея Валерьяновича от Подольска до управления МУРа опасность ему не угрожает, бандиты просто не успеют пронюхать а вызове ветерана в Москву. Волик должен был утром поделиться этой новостью с соседями, знакомыми, но у слухов тоже имеется предел в скорости распространения.

Если в Мытищах вдруг начнут продавать портвейн по государственной цене, то глупо через два ждать там взмыленных покупателей из Одинцово."

"Старцев продолжал посматривать на трёх парней и понемногу успокаивался, перегруженный автобус натужно гудел слабеньким мотором, и покачиваясь на скрипучих рессорах, подъезжал к Цветному бульвару. До нужной остановки оставалось совсем немного. Внезапно, оживлённый рассказ на задней площадке стих, балагур пригнулся и посмотрел наружу, резко поменялось и поведение его приятелей, один из них стал зыркать по сторонам другой поднялся со ступенек и встал в проход.

Такая метаморфоза насторожила сыщиков. Иван на всякий случай поправил рукоятку ТТ, торчащего за поясом, и передвинулся на шаг ближе к старику Волику. Олесь хотел было последовать его примеру, наклонился чтобы попросить даму с сумочкой поменяться местами.