Terra Nova. Строго на юг

Земли-то там, разумеется, полно, но вот ценность у нее очень и очень разная. Я даже не про плодородность и обеспеченность водой говорю, этого-то добра точно всем хватит. Но вот земля вокруг будущего поселения – это огромная ценность. Основа тех самых «старых денег», о которых Большой Глеб говорил ранее. Да и не только там – вообще все удобные места для строительства новых городов, портов и тому подобного. Так что преимущество у пайщиков серьезное. Ну так и должно быть – никто же за красивые глаза кучу денег не выложит.

– …размер пая определен в двести пятьдесят тысяч экю.

Зал загудел наподобие пчелиного роя, всем вдруг захотелось обсудить услышанное с соседями или просто тем или иным образом выразить свое мнение. Двести пятьдесят тысяч – не кисло! Совсем не кисло… С другой стороны, понятно, что расходы на основание колонии получатся весьма приличные. Один фрахт судов встанет в такую копеечку, что подумать страшно. Какой нормальный судовладелец отправит свое имущество за тридевять морей, с реальным шансом его не дождаться обратно, когда можно спокойно ходить по Большому заливу? Да и «общих расходов» тоже должно набежать столько, что мама не горюй…

– …те, кто к пайщикам не относится, переселяются бесплатно.

Интересно, а как вообще живность на судах перевозят? Не кошечек-собачек в смысле, а коров там или лошадей? Не думаю, что здесь специализированные скотовозы есть, как на Старой Земле. Очень уж дорогие посудины, а филиал «Siba Ships»[4] тут, скорее всего, отсутствует.

Вообще, конечно, лихо этот Глеб размахнулся. Как бы не чересчур лихо. Интересно, найдутся желающие в пайщики?

Впрочем, на этот вопрос ответа долго ждать не пришлось.

– …сообщить, что еще до сегодняшнего собрания три человека, помимо меня, изъявили желание стать пайщиками.

Любопытно, а откуда у «геолога и топографа» четверть ляма экю? И ведь это явно не последние, иначе не было бы смысла вкладываться. Видимо, интересные вещи чувак находил за годы странствий, хе-хе.

– …Александр Фролов…"

"Довольно молодой, не старше тридцати парень, сидящий в президиуме, поднялся и улыбнулся собравшимся во все тридцать два зуба.