Тень прошлого

Дело происходило весной, а бродяги чаще всего появлялись в Дерри от конца сентября до начала ноября. В эти шесть недель любой человек, если он выглядел более или менее пристойно, мог найти работу на местных фермах. До декабря требовалось собрать картофель и яблоки, поставить изгороди для снегозадержания, подлатать крыши сараев и амбаров, чтобы зима не застала врасплох.

Бродяг под крыльцом Эдди не обнаружил, но следов их присутствия хватало. Пустые пивные банки, пустые пивные бутылки, пустые винные бутылки. Запачканное грязью одеяло, лежащее у кирпичного фундамента, словно дохлая собака.

Смятые газеты, старый башмак, вонь, как на помойке. И множество опавших листьев.

Безо всякого на то желания, но не в силах остановиться, Эдди заполз под крыльцо. Он чувствовал, как сердце стучит уже в голове, отчего перед глазами вспыхивали белые звезды.

Под крыльцом вонь усилилась: пахло сивухой, потом и – очень сильно – прелыми листьями. Опавшие листья не шуршали под его руками и коленями. Они и старые газеты только вздыхали.

"

"«Я бродяга, – вдруг подумалось Эдди. – Я бродяга и езжу на товарняках. Вот кто я. У меня нет денег, у меня нет дома, но у меня есть бутылка, и доллар, и место для ночлега. На этой неделе я буду собирать яблоки, на следующей – картофель, а когда мороз скует землю, покрыв ее твердой коркой, что ж, я запрыгну в товарный вагон, который будет пахнуть сахарной свеклой, усядусь в углу, навалю на себя сена, если найду его в вагоне, буду прикладываться к моей бутылке, жевать табак и рано или поздно доберусь до Портленда или Бинтауна [129], а там, если меня не задержит железнодорожная охрана, запрыгну в один из вагонов «Алабама стар» и малой скоростью поеду на юг, где буду собирать лимоны, лаймы или апельсины.

А если меня задержат, то буду строить дороги для проезда туристов. Черт, мне уже приходилось это делать, так? Я всего лишь одинокий старый бродяга, без денег, без дома, но у меня есть только одно: у меня есть болезнь, которая пожирает меня изнутри. Моя кожа трескается, мои зубы выпадают, и знаете что? Я чувствую, как гнию, словно яблоко, которое становится мягче, я чувствую, как это происходит, как меня выедают изнутри, выедают, выедают, выедают».

Эдди отбросил в сторону грязное одеяло, потер его между большим и указательным пальцами, поморщился от неприятных ощущений. Над тем местом, где лежало одеяло, находилось одно из подвальных окошек. Одну стеклянную панель разбили. Вторая смотрела на Эдди грязным пятном.