Теплое сердце зимой

Потом его потянули… еще раз… и еще… и все это время малыш весело смотрел на него. Хотя Зэйдист был взрослым мужиком, способным на ужасные вещи.

— Как они определяют это?

Услышав свой голос, Зи выругался. Он думал вслух.

Второй раз за ночь. Наверное, ему нужно обратиться к Доку Джейн за лекарством от орального недержания.

— Определяют что? — тихо спросила Лейла. — Кому доверять?

— Люди несут опасность. Особенно по отношению к тем, кто слабее. И нет никого слабее ребенка.

— Не все опасны. Смотри, как ты стоишь возле кроватки моего ребенка.

Он подошел к Лирик, и, увидев его, малышка улыбнулась, ее глаза блестели как звезды.

— Ты убьешь любого, чтобы защитить их, — пробормотала Лейла.

— Воистину. Они — моя семья, пусть и не по крови. — Когда Зи снова подумал о двух человеческих девчонках, то ему захотелось стереть собственные воспоминания. — Ты беспокоишься о том, как они будут? Одни в реальном мире?

— Сейчас — нет. Сейчас они рядом со мной, каждую секунду каждого часа. Но потом — да, буду. Наверное, также, как я боюсь за Кора на поле боя.

Зи потер затылок.

— Мне пора.

И все же он не сдвинулся с места.

— Что тебя гложет, мой друг? — тихо спросила Лейла.

— Не люблю превратности судьбы.

— Что заставило тебя думать о судьбе этой ночью?

— Ничего. — Только сугробы. Дети. И ножевые раны. — Ничего конкретного.

— Ты идешь к Белле и Налле? В последний раз я видела их в игровой комнате.

Он посмотрел на Избранную.

— Береги себя и свои сокровища.

— Буду. Присмотри за моим любимым на поле боя? Не знаю, что будет, если он…

— Я всегда прикрываю Кора. — Он представил огромного воина с изуродованной верхней губой и несокрушимой линией подбородка. — Мы всегда приглядываем друг за другом. Не тревожься, Избранная.

Но будет ли этого достаточно? — думал он, уходя.

Как правило, да. Но каждую ли ночь? Во все ночи до единой? Математическая вероятность твердила, что нет.

А дети должны расти с отцами.

Наверное, в этом плане Рэмп и Лирик повезло. У них было три отца.

Глава 6

Блэй сидел в коридоре перед операционной учебного центра, на бетонном полу, прислонившись спиной к стене. Он совсем не замечал подземного холода, не обращал внимания на жесткость покрытия. Трудно было там, за закрытой дверью. Трудно — это делать разрез, чтобы увидеть угрожающую жизни течь и заявлять при этом я-без-труда-разберусь-с-этим.

В прошлом он подумывал о том, чтобы уйти в медицину.