Темные предки светлой детки

Аристов живо отогнал машину и вернулся к нам:

– Не первый раз убеждаюсь, – глядя на грузовик Николая, заговорил профессор, – интеллигент – это не тот, кто прочитал тьму книг, а тот, кто никогда не ударит собаку, не говорит гадости окружающим и лишен зависти. Вот вы, мой друг, дружелюбны, назвали хозяйку красавицей и не разгневались, увидев, что кто-то неправильно припарковал автомобиль. Поэтому вы, на мой взгляд, настоящий интеллигент. А вот профессор Басмолов, узнав, что я выпустил новую книгу, поспешил написать рецензию, которая начинается словами: «Нельзя остановить бегущего бизона и пишущего Михаила Аристова.

– Грубо, – поморщилась я, – скорей всего, этот Басмолов переполнился завистью. Он сам, наверное, мечтает издать книгу.

– Он вполне успешен, – улыбнулся Аристов, – постоянно публикуется, но чужой лавровый венок вызывает у него мигрень.

– Мне приятнее общаться с Николаем, чем с… – начала я и… на меня вдруг упала гора.

В руки, ноги, шею вцепились осы, одна из них, особенно злобная, цапнула за предплечье. Я попыталась встать, но сверху меня придавило нечто огромное.

– Давайте руку, – произнес голос Феликса, и гора исчезла. Я села и увидела, что нахожусь внутри пышного куста ежевики, который растет на дорожке около нашего гаража.

– Ты как? – поинтересовался Феликс, поднимая меня."

"– Вся поцарапалась, – пожаловалась я, – не понимаю, каким образом угодила в колючки.

– Нет мне прощения! Душенька! Как искупить свою вину? – причитал Аристов. – У меня из-за высокого давления иногда бывает головокружение, последствие инсульта, который я перенес пару лет назад. Реагирую на смену погоды, не удержался на ногах, рухнул на вас! Боже! У вас кровь на одежде! Ужас! Срочно к врачу! Скорей!

У Михаила Петровича заметно тряслись кисти рук.

Мне стало жаль профессора, он же не виноват, что потерял равновесие и сбил меня с ног.

– Полная ерунда, – воскликнула я бодро, – мне совсем не больно. Вечно шлепаюсь где ни попадя, я привыкла к подобным коллизиям. Давайте вернемся в дом. Вомун, хотите чаю? Наверное, к нему и булочки есть.

Мусорщик, который стоял около своей машины, попятился.

– Вы со мной говорите?

– Ох, простите, – спохватилась я, – Николай, пойдемте в дом.