Темные предки светлой детки

 – Мне три месяца исполнилось, когда мать приучила меня с ней не спорить! Ну что с вами делать, а? Мусор увезти не могут. Ребенка не воспитывают!

Продолжая возмущаться, полковник ушел в столовую.

– У вас с делом затык? – понял Юрец.

– Полный тупик, – вздохнула я.

– В любой тьме найдется луч света, – оптимистично заявил муж Маруси, – сейчас Дегтярев поест и успокоится.

Мы с Юрой тоже направились к столу, сели и завели разговор.

– Вкусное мясо, – сказал Юрец.

– Ты ешь кролика, – уточнила Марина.

– Разве он не мясо? – удивилась Нина, ставя на стол салатницу.

– Кролик – это кролик, – ответила Марина.

Я решила поддержать беседу:

– Если он не мясо, то что?

– Дичь! – заявил Дегтярев уже нормальным голосом.

Я обрадовалась, что полковник успокоился, и продолжила:

– Дичь – это утка!

– Заяц тоже, – настаивала Марина.

– У нас кролик, – напомнил Юрец.

– Это одно и то же, – заявил Гарик.

– Нет, – заспорила Нина, – кролик домашний, а заяц дикий!

– И злобный, страшный, – серьезно добавил Феликс.

– Няма! – раздался детский голос.

Я повернула голову и увидела Дуняшу, которая вошла в столовую.

– Няма, – повторила малышка.

Юра встал.

– Пошли спать.

Дунечка села на пол.

– Няма!

– Уже поздно, – начал уговаривать ее отец, – няма завтра.

– Неть! – возмутилась девочка и заплакала. – Няма!

Полковник вскочил и поспешил к Дунечке.

– Ну что за люди! Она кушать хочет! Юра, ты ешь, когда пожелаешь! А ребенок должен голод терпеть? Возмутительно! Прямо враг, а не отец. Иди ко мне, котенька! Дедуля тебе няму даст!

Дуняша перестала хныкать, полковник взял ее на руки, сел за стол и осведомился:

– Зайчонок, хочешь кролика?

Дуня показала ручонкой на тарелку.

– Няма!

Александр Михайлович чмокнул ее в макушку.

– Ах ты моя радость! Вот няма!

Дуняша схватила кусок кролика, запихнула в рот, пожевала и выплюнула Дегтяреву на тарелку.

– Кака!

– И то правда, – согласился толстяк, – что у нас еще есть? А? Почему ребенку нечего покушать? Что за безобразие!

– Пепе, – потребовала Дуняша, – пепе!

– Печенья не надо, – возразила Нина.

– Пепе няма, – потребовала малышка, – няма пепе! Пепе-е-е-е!

Дегтярев вскочил.

– Где печенье?

– Она сегодня уже съела пять штук, – предупредила Нина.

Александр Михайлович сдвинул брови.

– И что?

– Много бисквитов вредно, – робко сказала Нина.

– Ночь на дворе, – подхватил Юра, – Дуняша, бай-бай.

– Неть! Неть! – зарыдала девочка. – Пепе няма!"

"– Кошмар! – возмутился полковник.