Темные предки светлой детки

Ах, я старая калоша! Но мне придется отправиться в поселок!

– Конечно, – согласилась я.

– Вы останетесь одна.

– Понимаю.

– Пока я до места доеду, Наталью найду, она лестницу отыщет, потом назад… Час как минимум потребуется.

– Хорошо, – не стала спорить я.

– Придется вам здесь потерпеть в одиночестве, – сказал профессор.

– Так альтернативы нет, – вздохнула я.

– Вам не страшно?

– Нет, – соврала я, – думаю, людоеды в здешних местах не водятся.

– Душенька, кабы не мой возраст, сразу предложил бы вам руку и сердце, – прокряхтел профессор, – у вас необыкновенный характер.

– Я не боюсь грызунов, – заверила я, – у нас дома кто только ни жил, даже удав.

– Невероятная Дашенька, – в очередной раз восхитился Аристов, – спешу изо всех сил! Жаль фонаря нет!"

"С этими словами голова ученого исчезла, наступила тишина.

Я постояла некоторое время, потом осторожно села на пол. Да, жаль, что нет фонарика. Погодите! А телефон?

Я засунула руку в задний карман джинсов и нащупала айфон.

– Ура! – завопила я. – Может, и связь есть?

Но зряшная надежда! Подключение к сети отсутствовало.

– Не следует требовать от судьбы слишком много подарков, – пробормотала я, рассматривая помещение, – дали тебе одну конфету, радуйся, не проси целую коробку.

Я огляделась по сторонам. Увидела старую железную кровать с одеялом, подушками и, наверное, ватным матрасом, тумбочку и шкаф. Под землей жили больные? Их держали без света? Или это карцер? Зачем оборудовать в подвале спальные места, если там никто не живет? Держать в таких условиях даже не очень сообразительных людей нельзя. Вероятно, я нахожусь в местной тюрьме, сюда помещали тех, кто нарушал режим.