Темные предки светлой детки

Для вашего удобства мы пакуем замечательную русскую народную пищу, которой со времен всемирного потопа крепостные русские крестьяне кормили своих верблюдов и ишаков, в пакеты малого веса. И еще приятная новость: наше ядило хранится бесконечно долго при любой температуре в любой климатической зоне. При покупке десяти малых или пяти больших упаковок нашего сверхполезного, наивкуснейшего ядила вы получите скидку в полпроцента. Если вам негде положить ядило, мы готовы взять его на хранение по цене двадцать процентов от стоимости заказа.

Феликс посмотрел на нас.

– Все!

Маша прищурилась.

– Тут еще слоган: «Будешь есть ядило, победишь всех дурило». Как вам лозунг?

Домочадцы стояли молча, первым обрел дар речи Юра."

"– Вопрос: хотим ли мы кормить собак и Гектора ядилом вечного хранения при любой температуре, учитывая, что его произвели на Боруконском оборонно-ракетном заводе? Сразу замечу: у этой еды есть большой плюс.

– Какой? – изумилась я.

– Гектор черный, его поздним вечером нельзя увидеть, приходится бегать по саду и кричать: «Лети домой». И собаки разбредаются непонятно куда. Их тоже сразу не найти. Когда все будут есть ядило, мы перестанем носиться по участку за нашими питомцами, – пояснил Юрец.

– Почему? – спросила Маша.

– Потому что все, кто отведает ядило, будут издавать в темноте приятное голубовато-зеленое свечение, – серьезно ответил ее муж, потом не выдержал и расхохотался.

– Эту дрянь надо убрать с участка, – велел полковник.

– На мой взгляд, ядило нужно отвезти в могильник ядерных отходов, – высказалась Марина.

– Отличная идея, – кивнул Феликс, – но, полагаю, все не так страшно. Известие о том, что еду приготовили на ракетном заводе, меня не порадовало. Но, думаю, ее производят не из комплектующих оружия. Это дорого.

– Они перемалывают в пюре боеголовки, которые сошли со срока годности, – заявила Марина.

Нина попятилась.

– Ой, ой!

– Совещание состоится? – крикнул Кузя, который стоял у гостевого домика.

– Иди сюда, – велел ему Сеня, – мы сейчас все вместе вытолкнем упаковку за ворота на улицу. Освободим сад. Юра, Феликс, Кузя, Александр Михайлович, Гарик… Гарик… А где он?

– Едва речь заходит о том, чтобы поработать руками, как Игорь исчезает, – заметила Марина, – я сильная, от меня будет больше пользы, чем от дохляка-бездельника.