Темные предки светлой детки

Лично меня неусыпный соглядатай стал нервировать. Но что делать-то? А сказать ему: «Перестань за нами шпионить». Ну, Дашенька, наберись окаянства и произнеси нужные слова.

Глава пятая

Я откашлялась, набрала в легкие воздух, открыла рот… И тут зазвонил телефон, пришлось ответить:

– Слушаю.

Усталый женский голос осведомился:

– Бню заказывали?

– Что? – не поняла я.

– Бня приехала. Стоит у въезда в поселок. Не пускают машину.

– Бня? – повторила я. – Какая Бня?

– Борзая, – не стала сердиться собеседница, – вы оформили…

– Бня борзая! – вспомнила я.

– Можно и завтра доставить, – уныло пообещали из трубки.

– Что вы, не надо гонять туда-сюда курьера, – спохватилась я, – сейчас соединюсь с охраной.

– Мусик, ты куда? – спросила Маруся.

– Курьер привез Бню, – ответила я и позвонила дежурному: – Алло, впустите машину, она к нам.

– Что доставили? – уточнила Маша.

– Бню борзую, – пояснила я.

– Что это? – не поняла Манюня.

– Какая-то приправа, – ответила я. – Марина просила пакет купить.

– Не думала, что магазин согласится доставить такой пустяк, – изумилась Маруся. – О! А это кто?

Около наших ворот притормозила «Газель», из окна водителя высунулся парень.

– Вы Васильева? – заорал он.

– Да, – хором ответили мы с Машей.

– Ворота откройте.

– Зачем? – удивилась я. – Просто дайте пакет и скажите, сколько я вам должна.

– Дать пакет, – повторил шофер. – Распахнуть ворота не хотите?

– Открываем, конечно. Но зачем вам ради одной упаковки во двор въезжать? – удивилась, в свою очередь, Маша.

– Лады, – не стал спорить мужчина, – сами заберете. Мне по фигу. Хотел, как лучше. Но бабы всегда хотят, чтобы получилось так, как они хотят. Ну и на здоровье. Только заплатите сначала. Во! Можно карточкой.

Голова парня исчезла из окна, вместо нее появилась рука и помахала листом бумаги.

– Пойду к нему, – вздохнула Маша, – доставщики порой бывают капризными.

Манюня приблизилась к «Газели», взяла чек и обернулась.

– Мусик! Ты счет видела?

– Нет, – ответила я.

Маруся быстро вернулась ко мне.

– Смотри.

Я пробежала глазами по чеку.

– С ума сойти! Бня что, из золота сделана?

– Нет, мусик, – возразила Манюня, – оно дешевка. Скорее всего, тебе продали калифорний двести пятьдесят два.

– Впервые о таком слышу, – призналась я.

– Стоимость одного грамма этого металла более шести миллионов долларов, – отрапортовала Маруся, – за год его производят всего тридцать-сорок микрограммов, поэтому и цена заоблачная.