Таня Гроттер и молот Перуна

Пользуясь тем, что внимание переключилось на него, Таня скользнула на свое место.

– Ну… магия – это когда пускаешь искру и чего-нибудь говоришь, вроде дрыгус-брыгус, – буркнул Кузя.

– Ответ, достойный клинического идиота!.. Тузиков, я, конечно, догадывалась, что вы не гений, но не подозревала, что до такой степени. Вы что, с дуба рухнули или вас вашим веником поколотили? – едко спросила Медузия.

Тузиков покраснел.

– Садитесь, Кузя… А вы, Семь-Пень-Дыр, сами виноваты. Боюсь, вам так и придется сидеть до конца урока, каждые семь с половиной секунд прикусывая себе язык.

Я предупреждала, что не потерплю смеха. Не думаю, что Великая Зуби научила вас отводу, мой сглаз довольно редкий. Смеяться над товарищем стыдно, тем более что вы и сам далеко не Бенвенуто Челлини…

Медузия оглянулась на Сарданапала, немного ошеломленного мерами, которыми она наводила порядок. Оправившись, академик строго дернул себя за правый ус и снова углубился в свои записи. Многие, похоже, были удивлены, почему глава Тибидохса работает в классе, а не у себя в кабинете.

– Магия – это вера, одна из множества ее форм, хотя далеко не самая совершенная. Вера в возможность совершения того, что не может свершиться, если исходить из так называемого здравого смысла, – продолжала Медузия. – Вера – это то, что стараются отнять или уже отняли у лопухоидов. И что в какой-то мере сохранилось у нас, магов. По сути, все, что надо сделать, чтобы уничтожить человека, это отнять у него веру. То, что останется, будет ходить, дышать, говорить, будет делать все то, что делают живые люди, но это будет лишь иллюзия жизни.

Разумеется, в тысячу раз мудрее те, кто, имея веру, не превращает ее в магию и отказывается от использования силы, довольствуясь лишь ее осознанием. Однако речь сейчас не о них… Речь о том, что среди нас, в этом классе, есть изменник или глупец… Или то, или другое в одном лице. Есть тот, кто совершил бессмысленный и вредный поступок и снова призвал в Тибидохс сильного древнего бога, который сейчас не дает покоя всем нам. Теперь мы с Сарданапалом знаем это точно… Что же, никто не хочет сознаться?"

"Класс загудел как улей.

Академик быстро поднял голову. Перо замерло у него в руке. Таня поняла, что он для того отказался сегодня от чтения лекции, чтобы иметь возможность наблюдать.

– Да, – строго продолжала Медузия. – Нам удалось выяснить, что один из вас произнес заклинание. Мы даже догадываемся, какой именно бог был вызван. Не буду сейчас называть его имени – ни замещающего, ни истинного.