Таня Гроттер и молот Перуна

Увидев Таню, Гробыня бесцеремонно отпустила скелет, немедленно грохнувшийся прямо посреди комнаты, и подбежала к ней.

– Гроттерша, ты видела? Я раскинула карты! Пуппер будет мой! Можешь теперь убрать свои загребущие ручки! – крикнула она.

Таня внимательно посмотрела на карты.

– С чего ты решила, что Пуппер – это пиковый король? – поинтересовалась она.

– А кто он?

– Он, самое большее, бубновый валет. Англичане сроду не были пиками, не их масть… Пиковый король – это уж, скорее, Поклеп… Да и потом, разве ты пиковая дама? Пиковая дама – Медузия или Зуби, а ты крестовая, – сказала Таня.

Гробыня нахмурилась. Слова Тани попали в цель. Правда, уже спустя секунду Склепова вновь повеселела. Она имела неисчерпаемый запас жизнерадостности.

– Не выступай, Гроттерша! Сама выходи замуж хоть за своего зануду Поклепа, хоть за черта лысого! Мой Пупперчик пиковый, я это точно знаю! У него глаза темные, мало тебе? И плащик тоже темный! Он весь такой милашка! «И за бо-орт его броса-ает в набежа-авшую волну!..» – запела Гробыня.

Она обожала переиначивать песни. Вот и теперь в роли Стеньки Разина явно выступала сама Склепова, Пупперу же, завернутому в пеструю шаль, явно досталась незавидная роль персидской княжны. Дальше Гробыня слов песни не помнила и поэтому быстренько закруглилась.

– Бульк – и нету Пупперчика, одним словом. Одни денюжки остались, – пояснила она и, собрав карты, вытянула из шкафа зудильник.

Магическое блюдо задрожало, затуманилось и нашарило в своих потусторонних глубинах длинноносую бельмастенькую ведьму.

«Привет вам, продрыглики и проклятики, маги, магвокаты, магвочки, маггесы и маггеры! – зататараторила она. – В эфире «Последние магвости» и ведущая Грызиана Припятская! Надеюсь, вы все протерли свои зудильнички мягкими тряпочками? А если нет, то как вы увидите мой загар, я вас спрашиваю? Целую неделю меня не было! Ах вы, хамы, хамсики и хамусики, не соскучились по своей сладенькой Грызианочке? Нет? Неужели напрасно я вас целый год заговаривала да зомбировала? Вот какая я противная, скверная! Чтоб мне еще сорок раз замуж выйти и ни разу не развестись, какая я бяка! А все праздники эти, будь они неладны! Вроде полагается отдыхать, ну я и отдыхала.

"А теперь, так и быть, посмотрим, что у нас новенького в мире.