Так убивать нечестно! Рождественский кинжал

Моттисфонт сделал глубокий вдох.

– Моя фирма – частная компания, она занимается торговлей ост-индскими товарами.

– Какого рода у вас фирма, сэр?

– Закрытое акционерное общество. Владельцами акций являются трое: Натаниэль Джерард, Стивен Джерард и я.

– В каких долях, сэр?

– Натаниэлю Джерарду принадлежит семьдесят процентов акций, мне – двадцать, Стивену Джерарду – десять. Когда Натаниэль ушел в отставку, я стал генеральным директором.

– А вы, сэр? – спросил Хемингуэй, взглянув на Стивена.

– Не имею к этому никакого отношения.

– Нет-нет, бизнесом занимались только я и Натаниэль, – вмешался Моттисфонт. – Но в последние годы он более или менее отошел от дел и поручил компанию мне.

– Что значит «более или менее», сэр?

– Значит «менее», – ввернул Стивен.

Моттисфонт подчеркнуто проигнорировал его слова.

– Полагаю, никто не станет спорить, что Натаниэль по натуре был диктатором. Он всегда совал свой нос во все дела.

Джозеф возмутился:

– Эдгар, позволь напомнить, что это было его собственное дело!

– О, я согласен, в свое время он был опытным бизнесменом! Но вы сами знаете – годы берут свое. Он отстал от жизни, потерял чутье.

– Между вами и мистером Джерардом возникали разногласия? – спросил инспектор.

– Да. В последние годы торговля шла неважно, особенно в нашей области. Китайско-японская война нанесла сокрушительный удар по бизнесу. Натаниэль слишком долго находился не у дел и не мог справиться с новой ситуацией.

– О какой сделке идет речь, сэр?

– Если вы не бизнесмен, то вряд ли поймете, – возразил Моттисфонт.

Стивен насмешливо скривил губы.

– Тоже мне, наука, – заметил он таким едким тоном, что Моттисфонта передернуло.

– Вот уж не думал, что Натаниэль посвящал вас в свои дела! – воскликнул он, сверкая глазами из-под очков.

Стивен засмеялся. Джозеф накрыл ладонью его руку.

– Тише, старина. Мы должны вести себя уважительно.

– Черт возьми, убери от меня свои лапы! – Стивен раздраженно стряхнул его руку.