Так убивать нечестно! Рождественский кинжал

Хотя я в курсе, что в последнее время у мистера Джерарда возникали всякие причуды.

– Кто наследник? – повторил Стивен.

Блис оскорбленно выпрямился, а Моттисфонт пробормотал, что надо же, в конце концов, соблюдать приличия. Однако инспектор поддержал Стивена, заметив, что тоже хотел бы услышать ответ на этот вопрос.

– В документе указаны два посмертных дара, – сказал Блис. – Мисс Пола Джерард получает пятнадцать тысяч фунтов, мистер Джозеф Джерард – десять тысяч фунтов. Все остальное, включая дом и прилегающие земли, целиком и полностью отходит к мистеру Стивену Джерарду.

Наступила тишина. Потом Стивен резко обернулся и посмотрел на дядю.

– Какого черта ты это сделал? – воскликнул он.

Даже Блис застыл от удивления. Инспектор молчал и с профессиональным интересом рассматривал Стивена. Джозеф ответил:

– Это Натаниэль, а не я, дружище. Я лишь помог составить завещание.

– И уговорил его оставить мне наследство!

В голосе Стивена было столько ярости и желчи, что у Моттисфонта отвисла челюсть.

– Стивен, я не могу слышать, когда ты плохо отзываешься о Натаниэле, – поморщился Джозеф. – Ты же знаешь, он был о тебе высокого мнения. Я не уговаривал его оставить тебе наследство. Он хотел это с самого начала. Я только убедил его правильно составить завещание.

– Ты проявил поразительную скромность! – Моттисфонт не мог сдержать своих эмоций. – Не каждый поступил бы так на твоем месте.

– Эдгар, старина, надеюсь, ты не считал меня злым дядюшкой из страшных сказок?

– Нет, но я думал… в конце концов, ты брат Натаниэля! Всего десять тысяч! Никогда бы не поверил.

Джозеф грустно улыбнулся.

– Боюсь, для меня и эта сумма слишком велика. Я никогда не имел дела с такой кучей денег. Считайте меня старым непрактичным дурнем, но я бы чувствовал себя неловко, если бы брат оставил мне больше.

Столь необычная точка зрения на деньги заставила присутствующих замолчать. После долгой паузы Блис прочистил горло и спросил, желает ли инспектор просмотреть бумаги его покойного клиента.

Джозеф вздохнул.

– Разумеется, это необходимо, – пробормотал он. – И все-таки неприятно думать, что кто-то будет копаться в его бумагах.

– А зачем? – вмешался Моттисфонт. – Вряд ли они помогут в расследовании убийства.

– Кто знает, – вежливо, но твердо возразил Хемингуэй.

Впрочем, содержимое рабочего стола Натаниэля действительно оказалось малоинтересным.