Газлайтер. Том 2

Ребята подумают, как завербовать парня. Дело сложное, вокруг него и так вертится куча родов. Соколовы, Енеревы — самые влиятельные из них.

— Возьмем в род убийцу наших людей? — хмурится Егор.

— Не наших людей, а террористов, — отвечает Радий. — И если не возьмем мы, то возьмут другие. И может статься, что в будущем он положит наших людей еще больше. Понял, брат?

— Понял, — тяжко протягивает замглавы.

— Всё, иди работай. К утру жду прогноз по доходам.

* * *Утром просыпаюсь от стука в дверь. На плече у меня лежит голова Лена.

Рука затекла и я едва могу пошевелить ею. Еще этот стук прямо по вискам.

Целую Лену в нос, и она недовольно морщит его и хлопает глазками.

— Пусти меня, а то нам дверь вышибут, — я оглядываю ее нагое юное тело, слегка прикрытое простыней. — И тогда мне придется его убить. Потому что эту красоту могу видеть только я.

Она, польщенно улыбнувшись, садится и прикрывает свои прелести. Я же встаю и чуть приоткрываю дверь.

— Проснулся, донжуан? — хмыкает Степан, оглядев меня в голыше.

 — Бегом одевайся. Тебя Шарапова хочет видеть.

— В шесть утра? Зачем? — сонно чешу я висок.

— Не знаю, но говорит, разговор важный.

Глава 8

Предложение о службе

— Простите, что разбудила, — Шарапова встречает нас со Степаном очаровательной улыбкой. Сейчас и не скажешь, что эта милая женщина средних лет — суровый подполковник ЦСБ и руководитель операции по антитеррору. В моей памяти еще свежи вчерашние воспоминания, как она строго обращалась с матерыми спецназовцами. Истинная «железная леди».

Завидное умение — менять эмоциональные облики как перчатки. — Но я уезжаю через час в столичное управление докладывать результаты операции, а мне есть что вам сказать.

Мы со Степаном комфортно усаживаемся на диванчиках в холле общежития.

— Ты в своем репертуаре, Машенька, — усмехается царский охотник. — Наверняка, вызвала нас, чтобы попытаться завербовать парня. Ведь так?

— Упреждающий удар, Тимофеич? — улыбка на сходит с накрашенных губ женщины. — Очень в твоем стиле.

Оказывается, эти двое знакомы, да еще смотрят друг на друга так, словно между ними чего только не было: и пожары, и тайфуны, и ураган Катрина.

А между прочим Шарапова стоит на высокой ступеньке в «лестнице чинов» — где-то на уровне облаков, а Степан даже не благородный. И такое «панибратство» с его стороны выглядит диким. Но подполковник не в обиде, и вообще воспринимает «Машеньку» как должное. Наверняка, есть весомые причины. Может, в прошлом Степан ей жизнь спас.