Тайная дочь от предателя. Мы тебя не простим!

– Я утром узнала…

– Сказала ему?

Отрицательно трясу головой.

Женька накрывает мою руку своей и заставляет сжать тест в кулаке.

– Мы потом все это решим. Справимся, милая. Мы же с тобой сильные. Ты что, забыла? Мы с тобой всю жизнь одни. И не нужен нам никто. Все будет хорошо, обещаю.

– Правда?

– Правда, родная, – сестра дергает меня за руку и ведет к выходу через заднюю дверь. Мы бежим по тропинке, залитой солнечным светом, пересекаем ограду и тут же запрыгиваем в такси. Уже через минуту поместье скрывается за поворотом, оставляя Роберта навсегда в моем прошлом.

Сердце захлопывается на железный засов, а розовые очки, как это и бывает в реальности, бьются стеклами внутрь.

1

Мелкая морось пробиралась за шиворот. От этого становилось совсем неприятно.

Вместо декабрьского пушистого снега в столице лил дождь.

Поежилась и натянула на голову капюшон тонкой куртки. Осмотрелась по сторонам в незнакомом районе.

Дно сумки оттягивала крупная пачка наличных. Пятьдесят тысяч. Шутка ли? Моя зарплата за целых два месяца.

Когда-то я жила в роскоши и богатстве, была невестой самого завидного холостяка города, и эти пятьдесят тысяч показались бы мне просто копейками, но с тех пор прошло долгих пять лет… Теперь мне кажется, что это в прошлой жизни случилось.

Сейчас я живу совершенно иначе, работаю на обычной работе и зарабатываю не самым легким трудом. Хотя цену деньгам я знала всегда.

Я еще раз смотрю в телефон. Офис финансовой компании, выдающей микрозаймы, должен быть где-то здесь. Но я не вижу ничего кроме старых панельных домов – отбросов архитектуры.

Морось усилилась, а я окончательно потерялась в тесных закоулках окраины.

И прохожих, как на зло, нет. Никто не подскажет.

За спиной со скрипом затормозила машина. Слишком резко и неожиданно, поэтому я соскользнула с обочины, выпачкав ноги в мокрой грязи.

Машина летела на полной скорости, и не вписавшись в поворот, поцеловала капотом фонарный столб.

– Вот черт! – ругнулась сквозь зубы и кинула на авто осуждающий взгляд. Не стоило разгоняться, если не умеешь по-человечески тормозить!

Пригляделась.

По рукам прошелся тремор волнения.

Удар был не сильный, хоть я и не успела лицезреть его полностью. Но водитель сидел неподвижно. Вернее – лежал. Лицом на руле.