Тайна проклятого герцога. Дилогия (СИ)

— Тео, дорогой, не слишком ли поспешное заявление? Насколько мне известно, леди является невестой твоего бесценного друга.

Чуть нахмурившись, его высочество собирался ответить, но я позволила себе вмешаться:

— Боюсь, вы неверно информированы.

При этих словах я выпрямилась, и вежливо улыбнулась. Императрица вернула мне улыбку и холодно произнесла:

— Не смейте впредь перебивать меня.

Туше.

Вновь склонившись в реверансе, я не менее холодно ответила:

— Прошу простить невольную дерзость, ваше величество, — и ничего иного мне не оставалось.

Принц Теодор нахмурился значительно сильнее и нервно выговорил:

— Матушка, я просил бы вас проявить любезность по отношению к супруге моего друга.

Мне же уже было совершенно ясно — я не пришлась ко двору. Сложно понять какую игру ведет императрица Кассилия, но в методах она не испытывает стеснения."

"— Разве я была не любезна? — искренне удивилась ее величество. — Тео, девочка восхитительно мила, но, увы — дурно воспитана. Моя дорогая, — веер императрицы коснулся моего подбородка, вынуждая выпрямиться и взглянуть на сиятельную особу, — нам все же следует привести вас в порядок, ко всему прочему вы бледны, и я убеждена — чашечка чая вовсе не повредит.

И не позволяя вставить слово или же воспротивиться, ее величество, приобняв за плечи, властно вывела меня в коридор.

Я беспомощно оглянулась на его высочество, Теодор ответил кривой выражающей непонимание происходящего усмешкой, и последовал за мной и не прекращающей беседу императрицей.

— Должно быть платье выбирали не вы, — произнесла ее величество.

— Вы совершенно правы, — едва слышно выдохнула я, чувствуя себя крайне неуютно.

— И ваши волосы, складывается ощущение, что они едва высохли!

— Дождь, — ответила, совершенно не понимая, для чего оправдываюсь.

— А как же здоровье ваших папеньки и матушки? — последовал очередной вопрос.

— Надеюсь, благополучно, к сожалению, я давно не имела радости увидеться с ними, — сердце сжалось.

Короткое молчание и брошенное вскользь:

— Понимаю, когда впереди столь блестящие перспективы, родственники утрачивают значение.

Вспыхнув от негодования, я хотела ответить, но не позволяя вставить и слова, императрица Кассилия продолжила:

— Как давно вы в столице?

Разъяренная предыдущим замечанием, холодно ответила:

— Недавно.

— Впрочем, полагаю, столицей выпускницу лицея девы Эсмеры не удивишь, — вскользь заметила ее величество.