Сыскари

Считаю, в данный момент вести наблюдение на этих объектах непродуктивно. Никуда эти ребята от нас не денутся. А активности от них сейчас ждать нечего. Ты их и без того хорошо припугнул.

– Это в том случае, если Нодар прямо не замешан в ограблении выставки, – возразил Гуров. – А если это не так, то снимать наблюдение – ошибка. Мы можем остаться ни с чем.

Орлов благожелательно, но чуть-чуть насмешливо кивнул в сторону вежливо улыбающихся австралийцев.

– Вот тебе товарищи дали вводную – работай! – сказал он. – Меня на самом высоком уровне заверили, что новая информация заслуживает самого пристального внимания.

– Не так уж это и далеко от истины, – проворчал Гуров.

– За одним исключением, – поднял вверх палец генерал. – Нашу милицию обвести вокруг пальца невозможно!

Австралийцы уважительно молчали, пытаясь, видимо, постичь таинственную связь личного генеральского пальца с его же грозным заявлением.

– Петр Николаевич хочет сказать, что наша милиция – лучшая в мире, – мягко сказал он. – Мы привыкли добиваться намеченных целей, не жалея при этом ни сил, ни средств. В наших правоохранительных органах работают настоящие фанатики своего дела, и скоро вы, господа, лично убедитесь в этом… Сколько понадобится нам, Петр Николаевич, чтобы выйти на похитителей – неделю? – Он подзадоривающе мигнул генералу.

Однако эти ободряющие слова подействовали на генерала совершенно противоположным образом. Он заметно поскучнел, положил руки на стол и, стараясь не смотреть на Гурова, сказал неохотно:

– Ну, примерно неделю… А может, и чуточку побольше. Не все от нас одних зависит.

Неожиданно Гуров не стал протестовать против нереальных сроков, как того ожидал генерал, а, наоборот, поддержал эту идею.

– Вполне возможно, что и за неделю, – сказал он. – Если ваш эмиссар приехал действительно по поводу камня, то, не думаю, что он захочет здесь задерживаться. Установит контакт, договорится о цене, получит свое и постарается побыстрее покинуть страну. Скорее всего, в течение недели все и закончится. Если только…

– Если что? – насторожился министерский чиновник, а за ним и оба австралийца.