Сыскари

Говорили, что он никогда не улыбается и ни с кем не поддерживает дружеских отношений. С Гуровым и Крячко он поздоровался кивком и сразу занялся формальностями, связанными с обыском.

Когда все было готово и понятым разъяснили их обязанности, Мордовцев неожиданно отозвал Гурова в сторону и сказал ему, глядя в сторону:

– Забыл предупредить утром. Я снова вызывал на допрос охранников из «Триггера» – ну, тех, из группы Деева. Ничего, в сущности, интересного. Однако один из них случайно вспомнил, что подозреваемый Голубцов… – тут Мордовцев недовольно поморщился, и немного изменил фразу.

 – Покойный теперь Голубцов был в приятельских отношениях с каким-то рабочим из той бригады, что проводила в «Северном сиянии» ремонтные работы. Они заканчивали отделочные работы на первом этаже, а с «Триггером» уже был заключен договор на охрану. Правда, в тот момент ограниченную. Пост находился в вестибюле. Так вот, Голубцов один из первых, кто попал в отремонтированное здание.

– Ну и что? – спросил Гуров.

– Это вы думайте – что, – пожал плечами Мордовцев.

 – Может, и ничего, конечно. Его напарник как-то обратил внимание, что Голубцов довольно долго разговаривал о чем-то с одним из рабочих, причем ему показалось, что они хорошо знают друг друга. И потом он встретил их однажды на улице. Вдвоем. Учитывая, что Голубцов слыл нелюдимом, мне этот факт представляется интересным. Два друга на одном и том же объекте…

– Да, меня тоже всегда настораживают совпадения, – согласился Гуров. – Спасибо за информацию.

Я постараюсь проверить эти сведения. Какая фирма производила ремонт?"

"– «Московия», – сообщил Мордовцев. – Но в выставочном центре работала сборная команда. Полный список рабочих мне пока так и не предоставили. Да и, откровенно говоря, мне этим особенно некогда было и заниматься.

– Я вас понял, – невозмутимо сказал Гуров. – Мы сами займемся.

Мордовцев, посчитав тему исчерпанной, приказал своим людям вскрывать входную дверь в квартиру Вольнова. С замком справились без взлома. Второй следователь вошел в прихожую и зажег свет.

В квартире стояла какая-то особенная давящая тишина, и Гуров сразу почуял неладное. Он не смог бы объяснить, что его беспокоит, но ощущение было явственным и крайне неприятным – словно вдруг заныл давно удаленный зуб. Видимых причин тому как будто не было – в квартире на первый взгляд все было на месте, все в порядке, и, если бы не пыль на мебели, можно было бы подумать, что хозяин только сегодня проводил в доме уборку.