Сыскари

 – Тут наметанный глаз нужен, а твои ребята штурмом все брать привыкли. Да и по какому поводу беспокойство? Думаешь, внутри есть что-нибудь живое?

– Ну все-таки, – застенчиво сказал лейтенант. – Мало ли что. Даже в Антарктиде люди живут.

– Антарктида – что! Можно сказать, самый юг, – заметил Крячко. – А у нас тут почти что север. Белое безмолвие. Без центрального отопления долго не протянешь.

Они поднялись на крыльцо, с которого милиционеры заботливо сбросили часть снега. За раскрытой дверью виднелась темная, как подвал, прихожая.

– Следов никаких не заметили? – спросил Гуров.

– Да как сказать, товарищ полковник… – отозвался один из парней. – Так чтобы конкретных следов – этого не заметили. Все в снегу. Но вообще чувствуется, что этой зимой тут бывали. Не больно давно – может, неделю назад. А может, две… Потому что на крыльце снега гораздо меньше, чем, скажем, на крыше или вот на карнизах… Хотя, может, я и ошибаюсь. А внутри тихо.

– Тихо – это хорошо, – сказал Гуров. – Люблю, когда тихо. Поэтому мы тоже шуметь не будем.

Один из милиционеров полез за пазуху и вручил Гурову длинный круглый фонарик, теплый на ощупь. Гуров зажег его и шагнул через порог.

Половицы под ногами откликнулись резким морозным стуком. В доме было так же холодно, как и за его стенами. Свет фонаря выхватил из темноты голые безжизненные стены, на которых во многих местах полопалась штукатурка, потом некрашеную, наглухо прикрытую дверь, ведущую в комнаты.

– Ну-ка, кто-нибудь, откройте!

Из-за его спины выдвинулся милиционер, на всякий случай сбросил с плеча автомат и свободной рукой резко дернул на себя дверь. Она открылась со звуком распечатываемого шампанского. Из глубины дома не доносилось ни звуков, ни запахов.

Гуров посветил фонариком. Перед ним была пустая замусоренная комната, из которой вел дверной проем в следующую. Там тоже было темно и голо, но в углу стояла грязная канистра, от которой сильно пахло керосином.

– Почему керосин? – спросил Гуров. – Значит, должна быть керосиновая лампа, как ты думаешь, Стас?

– Логично, – согласился Крячко. – Но в наших широтах логика не всегда выручает.