Сыновья для бывшего

Максим уже распланировал твою жизнь! – виновато улыбаюсь.

– Вот значит, как! Нисколько не сомневался в том, что отец ни капли не изменился. Поверь мне, на Вас с сыном я найду время.

Счастливо улыбаюсь.

Весь вечер болтаем, играем втроем нашей маленькой семьей, о которой я мечтала. Меня кружит от счастья, когда сталкиваемся с Макаром взглядами, и внизу живота скручивают сладкие спазмы. Те самые, испытанные четыре года назад.

Задаю сыну сложный вопрос, жду от него ответа. Для этого он должен сложить голубые и зеленые кубики.

Саша чего-то лопочет, пока мы с его отцом играем в гляделки, складывает.

– Неверно.

Сынок фыркает недовольно, распинывая кубы ногой.

– Так нельзя поступать, – отчитываю малыша. Не хочу, чтобы он рос во вседозволенности.

Светло-русый мальчуган мечет в меня снопы искр, сжимает маленькие кулачки.

– Подумай еще!

Трет озадаченно лобик, откидывает половину кубов в сторону, собирает новое слово.

«Дом»

В девять укладываем Сашу спать, он так умаялся, что даже не отпирается, не просит мультики, не просит сказку.

– Он спит в твоей комнате? – удивляется Мак, когда я укладываю малыша в своей комнате.

– Конечно!

– Я тогда пойду в свою, – Мак целует меня в щеку. – Тоже устал сегодня, – гладит меня по руке.

– Останься в моей комнате, – прошу сквозь невыплаканные слезы.

Укладываемся спать в одну кровать. Лежим в полной темноте, слушаем, как сопит наш малыш.

Поворачиваюсь лицом к мужчине, вдыхаю его запах. Зарываюсь пальцами в его мягких русых волосах как тогда. Подушечки пальцев покалывает от удовольствия.

– Что ты сейчас пишешь? – внезапно спрашивает Мак.

– Вторую жену Амира.

– Расскажи…

Улыбаюсь в темноте. Мак действительно меня любит, если готов слушать про вторую жену магната из женского любовного романа.

Через пять минут слышу, как любимый уже похрапывает, втягивая теплый спёртый запах в комнате.

Настоящее женское счастье поглощает меня. У меня есть сын от любимого мужчины. И теперь в моей жизни есть два дорогих моему сердцу мальчика – маленький и большой.

Меня настолько переполняют эмоции, не выдерживаю, встаю, иду к сыну.

Зажимаю его ладошки в своих – мокрые, с капельками пота. Поправляю одеяльце, задерживая руку на маленьких ножках. Прижимаю губы к мокрому лбу.

– Никому тебя не отдам! Слышишь? – шепчу, глотая соленые слезы. – Потерпи немного. Осталось чуть-чуть! – глажу еще почти плоский живот. Четыре недели слишком маленький срок… – бросаю взгляд на кровать, с которой раздается размеренный тихий храп.