Сводные

Почему?..

– Спросите, у своего сына!..

Кира растерянно смотрела, то на меня, то на отца."

"– Илья, я ничего не понимаю…

– Выйдите все из палаты! – попросил отец.

Когда мы остались одни, он спросил:

– Настя, ты можешь объяснить, что случилось между вами? Арсений очень переживает, что ты потеряла малыша!

– Ничего! Переживёт! У него, ведь, в ближайшие дни, сын родится!

Я отвернулась и заплакала.

– Сын?..

– Да, папа, сын! От его любовницы!

– От Степановой?

– Нет! От девушки, с которой он жил в Штатах!

– Но… Настя… это же, было до тебя! Он расстался с ней!

– Девушка, думает по-другому…

Отец молчал, гладя меня по руке.

– Что тебе сказал Арсений?

– Я не хочу с ним разговаривать!..

– Настя, он твой муж! Так нельзя! Ты должна выслушать его!

– Я потеряла ребёнка, из-за него! Тот ребёнок, ему был важнее, чем мы с малышом!.. Пусть с ними и остаётся!

– Хорошо… Ты уже взрослая девочка… Решай сама…

В палату влетел Арсений.

– Илья, могу я поговорить со своей женой?

Отец, молча, встал и вышел.

– Настя, объясни, что за бред ты несёшь?

– Бред?.. Это не бред, Макаров! Я освобожу тебя от обязательств, тем более, что нас с тобой, больше ничего не связывает! Ты можешь со спокойной душой ехать к сыну!

– Настя, послушай меня, пожалуйста!

– Что нового, ты можешь мне сказать?

– Я люблю тебя!

– Любишь?.. Ты даже не поинтересовался, куда я ушла? Где я? Добралась ли до отеля? Тебя больше волновала мать твоего будущего сына!

– Я не мог позвонить! У Тео, начались схватки! Мне пришлось везти её в клинику! Я не мог её бросить!

– Да… ты очень благородный, Макаров! Её ты бросить не смог! Но бросил меня! И я потеряла ребёнка!.

– Ты сама виновата! Не нужно было никуда уходить!

– Я… виновата?.. Да… виновата… Виновата, в том, что дурой была, когда поверила тебе! Теперь, ты свободен! Я освобождаю тебя от всех обязательств!

– Настя, мне очень жаль, что так всё случилось, но мы молоды, у нас с тобой будут ещё дети!

– Нет, Макаров! С тобой, у меня больше никого и ничего общего не будет! – я сняла обручальное кольцо и вложила его в руку мужчины.

Лицо Арсения побледнело.

– Вот, как…

Макаров с силой сжал кулаки, что даже костяшки на руках побелели, развернулся и выскочил из палаты. По моим щекам, скатывались слёзы и начала сильно болеть голова. Перед глазами снова всё поплыло, больше я ничего не помню…

Сколько я пролежала без сознания, не знаю. Очнулась, когда за окном было уже темно. В палате никого не было.