Свадьбы не будет, Светлый! (СИ)

И в опасности был только Лайтвуд, я же не деревенская знахарка, которая не знает, что делает, заигрывая с темными силами, а потом у нее то скот во всей округе поляжет, то куры змеиными яйцами начнут нестись. Я — Даркмор, и темные силы у меня под каблуком. По крайней мере, те, с которыми я осмеливаюсь иметь дело.

И вообще — моя вина, насколько я знаю, не доказана. Была бы доказана, меня бы уже навестила императорская стража, и я бы не чай у Лайтвуда пила, а делила воду с крысами в дворцовой тюрьме.

— Потом — эта… ведьма заколдовала Лили!

— Как именно? — нахмурился Лайтвуд.

— Лили вела себя непристойно! Без корсета общалась с молодыми людьми! Флиртовала! Распустив волосы! Как… — Ребекка осеклась.

— Возмутительно, — откликнулся Лайтвуд.

— Наш дорогой Сэм не появляется дома, а Бенджамин…

— Кажется, он в порядке.

— Он не в порядке! Разве ты не видишь, что эта темная, как отрава, разъедает нашу семью изнутри! Ты не женишься на ней.

Чудесная женщина. Вот знала я, что в этой семье у меня есть союзник!

— Женюсь, — после паузы уронил Лайтвуд.

— Я не позволяю.

— Боюсь, матушка, из нас двоих я Верховный. К тому же, сам император благословил этот брак. С ним ты тоже поспоришь?

— Поспорю!

— Тогда рекомендую взять с собой нашего Сэмми, он с ним на короткой ноге.

Что?!

— Райан!

Вдруг за спиной Лайтвуда раздался топот.

— Бабушка! — воскликнула Лили, вбегая в гостиную.

Корсет, пучок — все при ней. Правда, вид все равно встрепанный, так что мои усилия явно прошли не зря.

Меня Лили, кажется, даже не заметила.

— Бабушка! Ты не будешь срывать женитьбу папы на Медее! Они любят друг друга!

Да с чего она взяла?..

И вообще — где благодарность этой светлой?

Почему во всей семье — одна только Ребекка по-настоящему на моей стороне?

— Лили! — выдохнула Ребекка. — Ты что, повысила на меня голос?

— Я…

Я по-прежнему стояла за дверями и не видела ни Ребекку, ни Лили, ни Лайтвуда. Но могла бы поклясться, что Лили удушливо покраснела, а Ребекка — схватилась за сердце.

Может, поэтому Ребекка мне так глубоко симпатична? Напоминает о доме, о семье.

— Неудивительно, после такого-то всплеска магии. Наверняка хочется покричать и еще что-нибудь разбить, — откликнулся Лайтвуд. — Ты в самом деле разнесла в щепки скамейку, дочь?

— Я…

— Горжусь. Пойдем покажешь.

— Райан Лайтвуд! Мы не договорили!

— Матушка, любой разговор с тобой — праздник для меня.