Сумрак

Увидев Крэйна, охранника Дэймона, сопровождавшего наших гостей, я приосанился.

– А вот и они, – сказал Мика.

Крэйн молча переместился за наш стол. Тем временем сестра и пять братьев Мики, войдя в комнату, сразу же выстроились клином.

Я бросил быстрый взгляд на Атос. Для своих восемнадцати она держалась довольно уверенно и дышала ровно, впервые оказавшись в комнате, полной террористов.

Твою мать.

Эмиль Моро, возглавлявший группу, прошел вперед к единственному стулу, расположенному напротив нас, а остальные встали по бокам.

Он не самый старший. Подробно изучив досье, я теперь знал каждого из них назубок. Кайзер был первенцем. Он замыкал правый фланг, его темные густые волосы возвышались над головой сантиметров на пять. Дальше шли Валентин и Виктор, затем Хадриен, после него родился Мика, а самой младшей была Эслем, единственная девочка, замыкавшая левый фланг. Они все стояли в порядке старшинства позади Эмиля, сцепив руки за спиной, как дроны.

Кроме дочери. Она держала руки перед собой.

– Добро пожаловать, – произнес Майкл, жестом указывая на стул. – Пожалуйста.

Эмиль сел, положив ногу на ногу. Его рыжевато-каштановые волосы были разделены пробором справа и зачесаны назад, а впалые бледные щеки придавали ему эльфийский вид. Заметив своего младшего брата за столом, он мельком глянул на Мику. Напряжение в воздухе возросло.

– Я многое о тебе слышал. – Майкл тоже присел, как и все остальные. – Ты занимался греблей в Оксфорде до участия в Олимпийских играх.

– И занял шестое место, – уточнил Эмиль с неясным акцентом.

Их отец был наполовину французом, наполовину сирийцем, но матери у всех детей разные. Только Мику и Эслем родила одна сербская девочка.

И я сказал «девочка», потому что ей было всего шестнадцать, когда на свет появился Мика. В восемнадцать она умерла, рожая Эслем.

– Зато на Олимпийских играх, – настойчиво повторил Майкл. – Твой отец, должно быть, гордился тобой."

"– Гордился. – Он кивнул, откинувшись на спинку стула.

– Надеюсь, это все еще актуально. Нам было приятно сотрудничать с ним последние десять лет.

Эмиль натянуто улыбнулся, и у меня внутри все оборвалось. Я уже предчувствовал, что просто не будет.

Мика входил в число совладельцев курортного комплекса, однако все знали, откуда берутся деньги. Мы закрывали на это глаза, потому что Сталинц Моро не торговал наркотиками и женщинами.