Сумрак

Инди и Джетт сидели на одеяле для пикника и болтали, а Финн и Второй лежали на траве, увлеченно печатая что-то на своих электронных устройствах.

Я бросил еще один взгляд на Мэдса, наблюдавшего за тем, как Октавия сражается мечом со стволом дерева. Сильнее запрокинув голову назад, увидел, что облака, едва ли не касавшиеся крон деревьев, стали почти черными, после чего вернулся в дом в поисках взрослых. Мы до сих пор ожидали прибытия Алекс, Эйдина, Мики, Рори…

– Аварийные службы будут наготове на случай, если тропический циклон «Эсме» изменит траекторию, – услышал я объявление Бэнкс по пути в кабинет.

Проскользнув в дверной проем, обнаружил ее сидящей за письменным столом с книжными стеллажами на заднем фоне. Латунная лампа мягко освещала комнату.

Перед Бэнкс стояла камера, а оператор вел запись.

– Но я призываю вас по возможности оставаться в помещении, так как ожидается сильный ветер, – продолжила она. – Комендантский час вступает в силу сегодня с восьми часов вечера и распространяется на празднование Ночи Дьявола.

Я широко улыбнулся, поймав ее взгляд, и заметил, как Бэнкс замялась. Она была в темно-синей блузке, с безупречно уложенными темными волосами и красной помадой на губах.

– Пожалуйста, избегайте низинных районов и областей, находящихся под угрозой затопления, держите фонарики и батарейки под рукой, – обратилась она к горожанам. – Мы не рекомендуем эвакуацию, однако просим вас следить за развитием шторма через руководителей служб по чрезвычайным ситуациям.

– И… снято, – объявил ассистент.

Ее сдержанная манера поведения улетучилась. Выдохнув, Бэнкс поднялась со стула.

Мой взгляд опустился к ее голубым джинсам, которые она прятала под столешницей. Я хохотнул. Некоторые вещи никогда не меняются.

Она обошла вокруг стола и взяла свой телефон.

– Мы говорили о том, чтобы вы не упоминали Ночь Дьявола, – сказал ее помощник, подбежав к ней.

Не замедляя шаг, она направилась к выходу.

– Да, мы об этом говорили.

Оказывается, слово «дьявол» тревожило некоторых избирателей, поэтому менеджер избирательной кампании пытался переименовать праздник.

Но никакого страха, верно? Бэнкс делала то, что хотела.

Догнав ее, пошел вместе с ней.

– Ты ведь знаешь, что в Тандер-Бэе никто дома сидеть не будет?

В конце концов, сегодня Ночь Дьявола.

– Конечно, знаю.

Да.