Строптивое наследство

Она сидела за столом рядом с тем мужчиной, которого Нина видела, когда очнулась. Оба были одеты довольно скромно, можно сказать, даже бедно. У женщины — платье того же фасона, что и у Нины, довольно часто стираное, а потому выцветшее. У мужчины — потертый на локтях камзол с облупившейся краской на пуговицах. Штаны и рубашка, видимо, тоже были не новыми. В общем, здравствуй, нищета.

— Милая, — обратилась к Нине Ольгера, едва слуги положили в тарелки кашу-размазню странного синего цвета и удалились к стене, — веди себя достойно завтра, пожалуйста.

— Завтра? — уточнила Нина, не решаясь пробовать непонятную кашу. — А что будет завтра?

— Твой жених приедет, Нейна, — мрачно сообщил мужчина, чьего имени Нина не знала.

— Вы же говорили, что он появится через два дня?

— Он — племянник императора. У него могут поменяться планы.

Ага. То есть у жениха планы поменяться могут. Ведь он — целый племянник императора. А у нее, невесты, планов нет и быть не должно. Она ведь женщина бедная. Но вообще, конечно, интересно, что нужно этому самому племяннику в таком месте.

Само место? Или то, что в нем находится? Нина глубоко сомневалась, что жениху нужна она, невеста. А раз так, то никто не мешал Нине послать жениха как можно дальше.

— Нейна, не молчи, — позвала Ольгера.

— Я не знаю, каких слов вы от меня ждете, — пожала плечами Нина, размышляя при этом, где бы найти хоть какие-нибудь документы, которые способны были пролить свет на местные тайны.

На Земле Нина получила два образования.

Первое — юридическое. Второе — экономическое. Со вторым помог отце, заплатил за все годы обучения. Он же оставил Нине квартиру в старом спальном районе города. На этом его участие в жизни дочери ограничилось. Но в данную минуту Нина была рада и тому, что имела.

— Обещания, — поморщившись, заявил безымянный мужчина. — Пообещай, что встретишься с Эриком норт дорн Аргонроторном. И вы пообщаетесь. Нормально пообщаетесь. Без криков и скандалов с твоей стороны.

Тренированное ухо Нины выловило нужную информацию: с ее стороны, значит? Хорошо, с ее и не будет.

А вот его она постарается вывести на крик. Может, даже и на скандал. Тот же отец, настоящий, оставшийся на Земле, всегда заявлял, что общаться с дочерью невозможно, слишком она упертая, как баран.

— Обещаю, — кивнула Нина. — Я точно кричать и скандалить не буду. — Живот не вовремя заурчал, и Нина уточнила. — Теперь все? Можно есть?

Да, пришлось есть ту бурду, что была наложена на тарелки.