Страж. Дилогия

В глазах Германа потемнело, пах нестерпимо заныл.

Кофе был забыт. Мгновенно. Как и стремление Германа «поговорить».

В адову пропасть всё...

Дотронуться до неё. Сжать. Потрогать. Снова лизнуть. Как тогда, в последний день у него в Убежище. Когда она раскрылась ему  и сделала то, что не делала ни одна женщина ранее.

Алина тоже почувствовала перемену, произошедшую с Германом, и попыталась выскользнуть, вывернуться из капкана его тела и рук.

Безрезультатно.

- Тихо, куда же ты...

Его голос прозвучал хрипло, интимно.

Алина даже не успела никак отреагировать, закричать, запаниковать. Лишь почувствовала, как её отрывают от земли - раз - и спина касается кухонного столика, ничем не заставленного.

- Нет!

На неё словно накинулась огромная морская волна. Поглотила с головой, грозясь смять окончательно и бесповоротно.

- Тихо...

Уже более похоже на утробный рык.

Когда руки Германа - большие, теплые, с длинными сильными пальцами - дотронулись до колен девушки, она ещё тешила себя надеждой, что ничего не произойдет.

От этого мужчины, что не боится ни дьявола, ни человеческого правосудия. Он начхать хотел на принципы морали, привык брать то, что пожелает.

А он желал её...

На грани... Внутренний запас оказался слишком хлипким.

И она сорвалась бы, ринулась в бездну, забилась в истерике, если бы услышала бряцание пряжки ремня, звук открывающегося зиппера.

Нет. Она ничего не услышала. Почувствовала.

Жадные губы на своих бедрах и сразу же - трусиках.

Пискнула.

Что он творит...

Натворить Герман ничего не успел. Раздался звонок в дверь.

Алина не знала то ли смеяться, то ли плакать. Приготовившись к принудительному оральному сексу в исполнении бывшего Стража, она смирилась с неизбежным. Его невозможно оттолкнуть. Кричать - тоже небезопасно. Да и кто войдет в запертую квартиру?

А тут звонок.

Герман, выругавшись, выпрямился.

- Ты кого-то ждешь в гости?

Его черные глаза обжигали.

Алина, переведя дыхание, быстро села на край стола, предварительно опустив задранную юбку.

- Нет.

Герман сделал шаг назад, недовольно сжав губы.

Алина кое-как соскользнула со стола и, обойдя Германа, застывшего огромной глыбой посредине кухни, на негнущихся ногах поплелась к двери. Откровенно говоря, ей было всё равно, кого она там увидит. Вот абсолютно. Тот, кто стоял за дверью - лишь небольшая передышка.