Чехов. Книга 10. Грехи отцов

Когда один из них оказался достаточно близко — буквально вплотную ко мне — я проявил парня в разорванной рубашке.

— Искупитель… — выдохнул Свиридов и осенил себя священным знаком.

— Чего ты хочешь? — холодно поинтересовался я у мертвого.

— Есть… — прохрипел тот и принялся озираться, поняв, что мой собеседник его видит. — Мне холодно, некромант… И я постоянно хочу есть!

— Остальные тоже? — буднично осведомился я.

— Все… — подтвердил призрак и вдруг в упор уставился на судью.

— Знаешь его? — уточнил я с усмешкой.

— Он часто здесь бывает… Пытался приударить за певичкой, а та его по морде цветами ударила. А на днях он…

— Хватит, — придушенно выдавил из себя Свиридов.

— …встретился с легавым. Тот ему про некроманта говорил, — монотонно продолжил призрак. — Про тебя, похоже… Говорил, что ничем не может прижать некроманта.

— Это наверняка обо мне, — не стал спорить я и проявил остальных призраков, которые обступили нас с судьей плотным кольцом.

Князь вжался в стул и стал белее мела. Тогда я щелкнул пальцами, отправляя призраков в межмирье, и продолжил:

— Они повсюду, Анатолий Викторович. И даже если новый отдел сумеет найти одного-двух буйных духов, которые докучают достопочтенным подданным Империи — это будет лишь каплей в море… Быть может, у этих ребят, которые неспособны отдавать приказы мертвым, и получится развоплотить кого-то, но стоит помнить одну простую истину: природа не терпит пустоты.

— Вы грозите мне смертью? — попытался воскликнуть Свиридов, но вышло у него это сипло и неубедительно.

Я покачал головой:

— Вы меня вообще не слушали? Я предупреждаю! Во второй раз. И полагаю, что он должен быть последним… Анатолий Викторович, прекратите вести со мной эту войну! Потому как сейчас я пока на нее не пришел.

— О чем речь?

— Грядут перемены, князь. И они разрушат крохотный мирок тех, кто решил, что может держать некроманта на привязи.