Старший лейтенант, парень боевой!

Теперь на мне было пятьдесят три урода с которыми нужно заниматься согласно плану, который сегодня получу в штабе. Ещё были Романовы и Кирилл, но это уже пустяк.

Так что, стоя перед строем бойцов, я был готов убивать.

— С добрым утром, — обратился я к солдатам. — Хотя чего это я? Утро, как и весь прочий день, больше для вас ни хрена не доброе. Ведь вчера я вам обещал весёлую жизнь будучи в хорошем настроении. А сегодня оно у меня крайне паршивое, ведь встал я рано. Соответственно и следующие полгода, что мы с вами проведём вместе, я буду в крайне дурном расположении духа.

Так что всё, что я вчера вам наобещал можете смело умножать на три.

— Господин старший лейтенант, разрешите обратиться? — Сказал знакомый сержант.

— Сержант… Рогожкин, верно? Давай, излагай.

— Мы с ребятами посовещались и приняли решение, что будем подчиняться вашим приказам беспрекословно. Больше от нас проблем не будет!

— Значит, решили что теперь уже можно слушать мои приказы? — Усмехнулся я. — Вовремя, ничего не скажешь.

И ведь некоторые из вас всё же узнали, кто будет вашим командиром, но это не помешало вам устроить вчера небольшой бунт на корабле. А сейчас значит вы всё осознали и вас надо простить? О нет, ребятки, так дело не пойдёт. На следующие полгода у вас ровно две задачи. Первая: доказать мне, что вы не настолько бездарны как я думаю. Вторая: доказать, что вы годитесь в гусары. И выполнять эти задачи придётся именно в таком порядке, иначе дело ваша труба. Всё ясно?

— Так точно!

— Пока же следующие два дня вы будете усердно отрабатывать вчерашнее.

И начнём мы… с марш-броска на двадцать километров в полной выкладке. Веселье начинается!

Солдаты явно не разделяли мой энтузиазм. Да, я рад, что у этих ребят наконец-то заработали мозги, но за вчерашнее они должны понести наказание. Зато после этого от них точно можно будет не ожидать серьёзных проблем.

Так что рекруты были вынуждены бежать марш-бросок. При этом Романовых с Кириллом я отправил разбираться со складскими, якобы они там что-то не выдали им.

Да, неприкрыто использовал своё положение и прикрывал нужных мне людей. И что с того? Пока командовании молчит и не лезет в это дело можно творить что угодно не выходящие за определённые рамки."

"После марш-броска я всё же дал солдатам небольшую передышку. А конкретно заставил маршировать по плацу и петь песни. Всё же если отдыхать, то с пользой для дела.

Оставив Рогожкина следить за бойцами и не давать им халявить, я отправился в штаб.