Стандарты совместимости

Совсем чуть-чуть. Но вот Ева после такого безапелляционного заявления то и дело посылала мне понимающие улыбки, я же, ни на минуту не прекращая сборы в клуб, с деланным равнодушием отмахивалась – глупости все это!

А когда начался праздник и зазвенел хрусталь бокалов, наполненных сладким шампанским, глупости уже не казались такими глупыми. От пузырьков я всегда теряла голову и, похоже, от Майкла Сандерса тоже. Хорошо, что его здесь не было. И почему я такая типичная женщина: одно откровенное признание, в правдивости которого уверенности нет, и мы готовы всё забыть и прыгнуть в мужские объятия.

В клубе становилось шумно – музыка звучала на пределе барабанных перепонок, а нестройный гул голосов хмельно вторил ей, – но мы пока не выходили в общий зал, облюбовав дальний столик в вип-зоне. Из Нью-Йорка приехала Рита – сестра Евы, и Сандра – сестра Криса, так что отмечали мы вшестером – самые близкие подруги невесты. Сейчас шел самый приятный и даже пикантный момент на любом девичнике – подарки! Тончайшие чулки с кружевными подвязками, сексуальный пеньюар, трусики, явно не предназначавшиеся для повседневной носки, и потрясающей красоты комплект нижнего белья: красный, с поясом и подвязками, с бюстье, творящим какое-то чудо с грудью – а что, мы допивали третью бутылку шампанского и успели приложить чашечки к груди Евы.

– А это от меня, сестренка, – Рита протянула завернутый в подарочную бумагу прямоугольник, сильно напоминавший книгу. Ева нетерпеливо сорвала упаковку – алкоголь явно начал творить свое колдовство, сделав движения порывистыми, а щеки алыми – и недоуменно осмотрела книгу.

– Я уже знаю про секс, – веско заметила она, пролистывая весьма откровенное издание взрослой литературы. Картинки, кстати, цветные и весьма наглядные.

– Ева, уверена, ты там почерпнешь что-нибудь новенькое, – со знанием дела ответила Рита. Вот уж маленькая поганка, мнящая себя взрослой и подкованной в любом вопросе. Двадцать один – это всё еще сложный возраст.

– А теперь моя очередь. – Я обошла полукруглый диванчик и подняла подготовленный заранее презент.

Ева поднялась, когда я положила картину на соседний пустующий столик – на нашем она просто бы не уместилась.

– Кэрри, что же это? – Она с благоговением провела рукой по гладкому сатину и аккуратно развернула. – Боже мой… – сказано на выдохе, и я поняла, что угадала.