Алая гроздь турмалина

– Я, правда, не в себе. У меня на объекте сначала труп нашли, а вслед за ним еще и тайник. Живу как в детективе. Я не хотел причинять тебе боль. Сам не знаю, как получилось.

– Да ладно, – философски пожала плечами Коко. Глаза у нее горели, как у кошки ночью. – Дим, а расскажи мне про труп и про тайник, а? Это же ужасно интересно. Беспалов, конечно, тот еще хрен был, но все равно, человек.

Та-а-ак! Приехали. Пустоголовая кукла Барби в курсе, что Петр Беспалов убит. Хотелось бы понимать, откуда.

– Кать, а ты откуда про Петра-то знаешь? – ласково спросил Дмитрий, которому ужасно хотелось схватить ее за плечи и потрясти как грушу.

"Она похлопала глазами с длинными, ужасно ненатуральными ресницами, смешно округлила рот, который из-за вкаченного туда силикона или чего там еще, казалось, до конца не закрывался. Этими губами Коко, конечно, умела делать очень даже приятные штуки, но вблизи они выглядели отвратительно.

– Дима, ты точно не в себе, – вздохнув, сказала девушка. – Ты вообще в курсе, что есть такая штука как Интернет? Да про убийство Беспалова повсюду пишут! Это весь город обсуждает.

Макаров захохотал так, что под ним затряслась кровать.

– Катя, шинель – это пальто такое, солдатское, – сказал он задушевно. – У Шанели, которую, кстати, как и тебя, звали Коко, наверняка были свои секреты. Но ты сейчас явно имеешь в виду секрет Полишинеля, так что, будь добра, спроси у Гугла, что это.

– Ок, Гугл, – легко согласилась девушка. Легкость вообще была самым сильным ее качеством, именно оно и привлекло Дмитрия к девушке, помимо внешности, разумеется. Легкость в женщинах он ценил больше всего. До недавнего времени. Кажется.

– Тогда что тебе рассказывать? – Дмитрий улыбнулся, охватившая его, было, тревога, свернула свои змеиные кольца. И правда, про Интернет он не подумал. – Ты же и так все знаешь.

– Как же все? Ты там был, на месте преступления, – с жаром заговорила Коко. – Как он выглядел, труп этот? Где лежал? Что у него при себе было? Димочка, ну, расскажи, мне же интересно!

– Нет ничего интересного в смерти, Кать, – поморщившись, сказал Макаров. – Лучше тебе не знать, как выглядит человек, которого ударили в висок чем-то тяжелым. А при себе у него ничего не было.

Не рассказывать же, в самом деле, кукле Барби про эмблему Палеологов.