Сон дядюшки Фрейда

А некоторые люди, увидев подобную личность, норовят мигом ей на шею сесть. Вы что, хотите устроить свадьбу с тортом, караваем, выкупом невесты и прочими радостями?

– Упаси бог, – испугалась я.

– Так распишитесь по-тихому и живите счастливо! – воскликнула Маша."

"– Отличная идея, – обрадовалась я, – вот только платье… Я специально летала за ним в Париж[2]. Куда его девать?

– Муся, у вас с Ленкой один размер, – сказала Манюня. – Сама знаешь, с деньгами у них с мужем не густо, Фред владеет небольшим супермаркетом, Кудрявцева на кассе сидит.

– К нему есть и сумочка, и туфли, – оживилась я, – у нас еще и обувь одного размера. Лена мне в Милане туфли покупала, на себя примерила, подошли идеально.

– Видишь, как хорошо все складывается, – обрадовалась Маша.

Во вторник мы с Феликсом поставили печати в паспорта, а в субботу решили пригласить узкий круг друзей в ресторан, но не получилось.

Когда я очнулась, поняла, что нахожусь не в своей спальне, а в больничной палате. В кресле у окна сидела Маша. Увидев, что я открыла глаза, дочь слишком весело воскликнула:

– Мусик! Все чудесно, ты в реанимации!

– Ага, – пробормотала я, попыталась сесть и тут же услышала противный писк.

– Лежи, лежи, – приказала Манюня, – это кардиомонитор, а в руке у тебя капельница.

Я испугалась.

– Что случилось?

– Все отлично, – защебетала дочь, – температура поднялась до сорока, давление двести двадцать на сто двадцать семь.

– Обычно у меня девяносто на шестьдесят, может, местный аппарат врет? – усомнилась я.

– Нет, Мусик, у тебя грипп, – пояснила Маша, – сейчас коварный вирус ходит, он дает осложнение на сосуды.

Через неделю, выписывая меня домой, кардиолог Ольга Алексеевна предупредила:

– Давление у вас пока нестабильное, вот рецепты, принимайте лекарства регулярно.

Я взглянула на гору бланков и приуныла.