Софья. Другой Мир 3

Продолжая держать привычную маску ледяной королевы, тем не менее отчетливо понимала, что сама себя загнала в угол: закрепив сделку эфиром, намеренно отрезала путь обратно.

Вернулось спокойствие. Прогнав назойливые мысли — почему поступила так, а не иначе, — принялась рассматривать легкую щетину на скулах и подбородке мужчины.

Ему идет. Так гораздо лучше, чем с бородой.

Внезапно шагнув назад, он несколько долгих мгновений смотрел нечитаемым взглядом.

— Даю слово, — наконец глухо произнес самый могущественный человек в Южном княжестве, — я буду помогать тебе, оберегать и защищать.

В тот же миг над головой Игоря отчетливо проступила васильковая вязь силы. Померцав, резко вспыхнула и пропала.

Через секунду Разумовский с мрачной решимостью единым движением стянул с себя толстовку вместе с футболкой и небрежно кинул их на пол. Но почему-то не спешил подходить. Казалось, он ждет моего ответного шага.

Не выказывая нервозности, неторопливо сняла пальто, отбросила в сторону.

Встав спиной к столу, оперлась руками о столешницу и медленно скользнула глазами по обнаженному рельефному торсу.

Лучшего кандидата для потери девственности сложно сыскать: умный, опытный и чертовски привлекательный. И не в пресловутых носках, а в коньках! Целый букет эротических фантазий!

Определенно, свой первый секс в этом мире я запомню навсегда.

Тем временем Игорь неожиданно подался вперед. Без малейшего усилия приподняв, усадил меня на столешницу.

Одновременно резко вклинился меж моих бедер, разведя те в стороны. С тихим стуком пластиковые бутылки попадали на пол.

Сильные руки обнимали, скользили по телу, словно изучая, гладили. С легкостью сорванное платье улетело в неизвестном направлении. Я осталась в фривольном нижнем белье и колготках, притом сидела на столе с бесстыдно разведенными ногами.

Прикрыв отяжелевшие веки, тесно прижалась к возбужденному князю, даря ответные поцелуи.

Почуяв скорое обретение желаемого, гормоны возликовали и пустились в бешеную пляску. Я, словно большая кошка, льнула к нежно ласкающему мое тело мужчине, без малейшего стеснения ответно покусывала шею, горошинки сосков, легонько вонзала в спину ноготки.

О принятом решении сожалений не было. Как и пути назад.

— Почему он, а не я? — неожиданно прошептал Разумовский в мои припухшие от поцелуев губы. В голосе отчетливо слышались обида и боль.