Следствием установлено

– Фамилию своего товарища назвать можете? Лицо Чурсиной вспыхнуло кумачом.

– Мы мало знакомы, – тихо проговорила она.

Дальнейший разговор ничего не добавил. Уставившись взглядом в пол, Чурсина, как капризный ребенок, на все вопросы стала отвечать одним и тем же: «Не знаю, не знаю, не знаю…» В конце концов Антону надоело толочь в ступе воду. Он прекратил допрос и, положив перед Чурсиной заполненный протокол, попросил:

– Прочтите, пожалуйста, Лидия Ивановна, распишитесь и можете быть свободны.

Чурсина, не читая протокола, поставила в нужных местах свою подпись и, еле слышно сказав «до свидания», вышла из кабинета.

Спустя несколько минут в кабинет заглянула заведующая магазином.

– Проходите, Мария Ивановна, садитесь, – как старую знакомую пригласил ее Антон и, показав на листки вчерашнего протокола допроса, спросил: – Что сегодня добавите к тому, что мы с вами уже записали?

Заведующая поставила возле стула старенькую хозяйственную сумку, поправила на голове полинявшую косынку и, глядя на Антона, стала почти дословно повторять прежние показания.

Антон, кивая головой, добросовестно слушал, стараясь уловить что-нибудь новое. Пересказав уже записанные показания, заведующая смущенно спросила:

– Вам, наверное, надоело одно и то же слушать? Честное слово, не могу вспомнить, что украдено. Ревизия давно была, ежедневный учет проданных товаров мы не ведем, поэтому… – И развела беспомощно руками.

– Неужели ничего конкретного так и не вспомнили? Заведующая чуть задумалась, будто сомневалась, стоит ли говорить, и вдруг, опять посмотрев на Антона, решительно сказала:

– Кое-что вспомнила.

Три опасных бритвы исчезло. Год назад я их получила пять штук и ни одной не продала. Опасные бритвы сейчас никто не покупает. Всем подавай электрические или хорошие лезвия к безопасным. Вот пять опасных бритв целый год у меня на витрине перед глазами пролежали. Как сейчас помню: пять штучек с коричневыми ручками, А после кражи только две осталось.

– Может, запамятовали?"

"– Что вы! Как сейчас помню! – заведующая магазином оживилась.

– И еще три пары золотых часов пропало. За день до воровства привезла я с базы восемнадцать часиков. Десять из них тотчас забрал представитель «Сельхозтехники», одни на следующий день купила Лидочка, продавщица моя, другие – ее товарищ. Стало быть, шесть часиков оставалось в магазине и ни одних не стало.

– Как же вы такое сразу не могли вспомнить? – с укором спросил Антон.

– Разве до этого было! С перепугу памяти лишилась. Тюрьма, думаю, верная.