Скромница для злодея

Грейс, которую трое братьев поклялись защищать много лет назад, когда были юными и невинными, до того, как их узы разорвало предательство.

Грейс, которая после предательства Эвана стала самой опасной тайной герцогства. Грейс, рожденная женой предыдущего герцога, герцогиней. Грейс, крещенная как их ребенок, хотя она в некотором роде была незаконной.

Но теперь, много лет спустя, данное ей при крещении имя носил Эван. Он получил титул, не принадлежавший по праву никому из них.

И Грейс оставалась живым, дышащим доказательством того, что Эван украл у нее титул, состояние, будущее – и к такому воровству Корона вряд ли отнесется легко.

Воровство, которое, если оно обнаружится, заставит Эвана поплясать на веревке на площади перед тюрьмой Ньюгейт.

Дьявол перевел взгляд прищуренных глаз на брата.

– Ты ее никогда не найдешь.

Глаза Эвана потемнели.

– Я не причиню ей вреда.

– Ты и впрямь сумасшедший, как утверждает твоя драгоценная аристократия, если думаешь, будто мы тебе поверим.

Взгляд Марвика метнулся к щеке Дьявола, к уродливому шраму на ней – серьезному напоминанию о том, как мало значит понятие братства, когда речь заходит о захвате власти.

– У меня не было выбора.

– Той ночью выбор был у нас всех. Ты выбрал титул, деньги и власть. И мы позволили тебе получить все это, хотя Уит хотел прикончить тебя до того, как гниль зачавшего нас человека поглотит тебя целиком.

– Думаешь, сейчас я купаюсь в счастье?

Иисусе, Дьявол надеялся, что нет. Он надеялся, что ничто на свете не сможет сделать герцога счастливым. Он наслаждался тем, что Эван ведет жизнь отшельника в доме, где сыновей-бастардов натравливали друг на друга, заставляя биться за признание их законнорожденными. За имя, титул и состояние.