Скажи пчелам, что меня больше нет

Наверняка существовал какой-то ритуал, связанный с его использованием, но поскольку я не знала, пришлось изобрести собственный. Я на мгновение замерла с корнем на ладони и подумала о женщине, которая его дала. Прабабушка, сказал капрал. Значит, она сама держала этот корень, как я сейчас.

— Благослови своего правнука, — тихо проговорила я, возлагая корень ему на грудь, — и помоги ему исцелиться.

Не знаю почему, но я чувствовала, что должна побыть здесь — за свою жизнь я научилась понимать, когда лучше не спорить с собой.

* * *Первые лучи рассвета вывели меня из дремотного оцепенения. Я кое-как встала и проверила моего пациента. Он все еще спал и видел сны (глаза под закрытыми веками двигались), но постепенно выныривал на поверхность.

— Спасибо, — пробормотала я, убирая корень Завоевателя с груди мистера Джексона и возвращая его в свой амулет. «Иногда и магия может пригодиться, — подумала я, — с учетом недавних событий и ближайших перспектив».

Я вышла в уборную, затем поднялась наверх, умылась, почистила зубы, сменила рубашку и снова надела рабочую одежду.

Фанни и Агнес хихикали над слегка подгоревшим в сковородке кукурузным хлебом, но когда я вошла, подняли виноватые взгляды.

— Я забыла, — сказала Фанни извиняющимся тоном, — и вспомнила только потом.

— Ничего страшного. — Я принюхалась. — Положи масло и немного меда, никто и не заметит. Вы сегодня видели хозяина?

— Да, мэм, — ответила Агнес.

Агнес кивнула на оловянную тарелку в конце стола, на которой лежали две лепешки с джемом, горка жареной картошки и шесть ломтиков бекона.

— Я отнесу, — вызвалась я, беря тарелку и вилку из желтой банки на столе.