Скажи пчелам, что меня больше нет

Возможно, кто-то из родителей читал его, когда он был маленьким?

— Жизнь счастливая и благодатная, — пробормотал он себе под нос и преисполнился покоем.

Только достигнув подножия горы, Джейми задумался, не встретят ли его на пороге загробного мира отец или мать.

— Или, может быть, Мурта, — сказал он и улыбнулся при этой мысли.

Часть пятая

Летите домой

107

В хлеву, на соломе[271]

Фрэзер-Ридж

Летом мы купили двух годовалых телок: белую с черными пятнами и рыжую — с белыми. Мэнди назвала их Му-Му и Зорька.

Сейчас Джейми как раз ворчал на рыжую, обзывая ее «незаконнорожденной дочерью ядовитой гусеницы» — если я правильно перевела с гэльского. Хотя, возможно, мне не удалось передать все оттенки смысла.

— Она ведь не виновата, — укоризненно сказала я.

Он издал странный шотландский звук, напоминающий рев бетономешалки, и стиснул зубы. Рука Джейми была по локоть засунута в заднюю часть Розацеи, а лицо в свете фонаря казалось одного цвета с ее рыжей шкурой.

Несчастная корова и впрямь была не виновата: ее осеменили слишком рано, поэтому первые роды проходили так тяжело. Винить Джейми я тоже не могла — он уже с четверть часа пытался ухватить теленка за две ноги, чтобы вытащить, но своенравная Рози постоянно вертела задом. Нос теленка то и дело высовывался наружу, ноздри раздувались от паники.

Мне хотелось помочь — сунуть внутрь руки (которые были куда меньшего размера, чем у Джейми) и нащупать копыта. Однако сегодня я сильно порезалась и не могла подвергать открытую рану риску заражения.

— Nic na galladh![272] — прорычал Джейми, выдергивая и встряхивая руку. Из-за суеты и плохого освещения он случайно сунул ее не в то отверстие и сейчас пытался очистить от слоя свежего и очень влажного навоза.

— Не вздумай смеяться, саксоночка! Иначе измажу тебе лицо.

Я прикрыла рот перебинтованной рукой, беззвучно трясясь от смеха. Джейми фыркнул, вытер грязную ладонь о рубашку и вернулся к своему занятию, бормоча проклятия. Однако через пару минут проклятия сменились взволнованными мольбами. Он ухватил-таки ногу.

Я и сама молилась.